Я оплатил положенную сумму, и он выдал мне взамен резной деревянный кругляш который вешается на шею, дающий право доступа в библиотеку, и отпустил в свободное плавание, махнув рукой чтобы я не мешал ему работать, велев что когда буду уходить, чтобы сдал ему кругляш.

И я утонул. Утонул, нырнув с разбега. Уйдя с головой в море книг и фолиантов, написанных от руки и порой настолько старых и рассыпающихся, что их брать в руки было страшно. Чего только я тут не нашел, учебники по рунологии, пособия для создания ритуальных кругов, трактаты по ведению магических поединков, энциклопедии по алхимии и артефакторики, я так же нашел уже виденный мною у травницы фолиант «Алхимических истин», только он был весь истрепан и держался на честном слове. Были также и старые книги по истории нынешних королевств, больше похожие на тщательно отредактированные притчи. Своды законов и правил королевств и Атрийской империи. У меня натурально разбегались глаза, и я не знал, за что браться в первую очередь.

Это был мой личный рай.

Я нашел укромный уголок освещаемый масляным фонарем за лабиринтом из стеллажей и стоек, и обложился книгами забыв обо всем на свете, с упоением их читая, когда у меня над ухом кашлянул смотритель.

— Я дважды стучал, а ты не слышишь. — Съехидничал старый хрыч.

— Простите, пожалуйста, это все так здорово и интересно, что я совершенно обо всем забыл. — Я искренне улыбнулся ему.

— Да уж вижу, что ты обо всем позабыл. — Проворчал он, — Так-так, что тут у нас. Артефакторика, алхимия, ритуальные круги, сборник законов королевств и правила ведения магических поединков идиота де Санто. Ты же не одаренный, и половина для тебя абсолютно бесполезна, зачем тебе все это?

— Просто очень интересно, я очень любознательный. Мне кажется тут мой личный рай.

— Личный рай закрывается. Давай убирай книги на полки где взял, и иди домой. — Он повернулся и фонарь надо мной внезапно потух.

Я слегка вздрогнул не ожидав, посмотрел на потухший фонарь и на сгорбленную спину смотрителя. Очень интересно. Оказывается, уже был одиннадцатый удар колокола, и библиотека давно закрылась, я совершенно не заметил, как пролетел день и было уже темно, мне надо идти в свою комнату.

Райлегг был сильно переполнен, и в целях борьбы с возросшей преступностью наместник издал закон запрещающий спать на улице, и стража ревностно следила за соблюдением этого закона. Только ревность сильно различалась в зависимости района. Если тебя поймают ночью в верхнем городе, это приравнивалось к преступлению и отвечал ты соответственно. В среднем все было попроще, и шансы быть избитым за нарушение, но избежать ареста были довольно высоки. В Нижний же, в некоторые дальние районы нижнего города, стража уже не заходила десятилетия, ограничиваясь разгоном бездомных и бродяг вдоль внутреннего кольца стен и центральных и важных районов, относясь к этой обязанности трезво, как к ловле проституток на улице Тысячи Шлюх. В остальных же районах включая трущобы, царили первобытные законы, прав был тот кто сильнее и рассчитывать приходилось только на себя и того, кто с тобой рядом.