— Но я не умею читать! Как я узнаю, что тут написано⁈ — Сказала она потрясывая письмом.
— Я не знаю, попросите кого-нибудь. Мне предельно четко сказали, чтобы вы мне передали сейчас ответ.
— Где я найду кого-нибудь сейчас, тут только матросы и рабочие в зале сидят. Подождите пока Марта вернется.
Стойка была очень высокая даже для взрослых, мне же, чтобы видеть её приходилось вставать на цыпочки, задирая голову. Я подошел к стойке и потянулся, ложа на нее ключ сдавая комнату, невольно слушая разговор.
— Простите, пожалуйста, но я умею читать. Если вы хотите, то я могу прочитать для вас послание и помочь составить ответ.
Они удивленно уставились на мою избитую и опухшую физиономию, еле торчащую из-за стойки. Я прочитал ей послание, и помог составить ответное письмо. За это она мне вернула ключ, разрешая переночевать, и накормила. Так случайно подслушанная беседа подсказала мне, каким образом я могу заработать себе на жизнь. У меня конечно был еще рюкзак лекаря с инструментами, которые стоили весьма дорого, но продавать их я категорически не хотел. Я мог подзаработать врачевателем, помогая с легкими травмами и болезнями. Но на работу лекарем в городе требовалось разрешение управителя, а его у меня не было, и сомневаюсь, что подмастерью его дадут. Не то чтобы меня это сильно пугало, но для постоянного заработка нужно было место где принимать. Да и платежеспособная публика, которая не кинет малолетнего. Но как вариант, чтобы выжить, было вполне приемлемо. Сидя в комнатушке я взвесил свои шансы. Шансы были невелики, запас денег…практически отсутствовал. И хотя я случайно обнаружил источник дохода в посредничестве с письмами, я не был уверен, что смогу зарабатывать этим достаточно для того, чтобы проживать в таверне и вдоволь питаться. Такова была суровая правда жизни, и превратности бесприютной судьбы беженца.
Это все было конечно печально, тем не менее, проблемы надо было решать, так что я собрался идти продавать свою единственную и последнюю цепочку. Не успел я выйти из таверны и пройти десяти шагов, как меня окликнули. Обернулся, смотрю Ник прыгает среди толпы и машет мне рукой.
— Ты что тут делаешь?
— Я к тебе, а ты куда-то идешь?
— Да, у меня совсем не осталось денег, есть последняя цепочка, вот нужно ее продать, хотел пойти поискать где лучше. Ты что-то хотел?
Он нахмурился и проглотил комок в горле, как будто не знал, как приступить к разговору.
— Да, это же считай из-за меня у тебя забрали все деньги. Так что я хотел позвать тебя к нам, там не так плохо как многие думают. И платить никому не надо жилье, пока поживешь с нами и накопишь, чтобы снимать комнату. А там видно будет, все лучше, чем в городе на улице спать. Тут стража если поймает за бродяжничество, мало не покажется, поверь я знаю о чем говорю.