глаза.

Тетя роняет на пол ложку, с грохотом ударяющуюся о плитку, в ее глазах появляется

возмущение.

— Ты с ума сошла? Люди только успокоились, забыли обо всей этой грязи, поверили, что

это ложь. А ты хочешь заново все начать?

— Мне плевать на людей, — твердо говорю я, чувствуя, как внутри поднимается гнев. — Я

возвращаюсь к Ибрагиму и что бы вы ни сказали, вы не сможете меня остановить.

— Что здесь происходит? — строгий голос дяди звучит из гостиной и он появляется в

дверях, мрачно глядя на меня и чемодан у моих ног. — Что значит «возвращаешься к

Ибрагиму»? Саада, иди наверх и даже не думай об этом!

— Нет, дядя, — говорю я, не отводя взгляда. — Сегодня ты не сможешь меня остановить.

Я больше не останусь в этом доме ни на минуту.

— Если ты переступишь через порог, — говорит он зло. — Ты больше сюда никогда не

вернешься. Мы отречемся от тебя, ты перестанешь быть частью этой семьи! Подумай

хорошенько, прежде чем принимать такое решение.

Я глубоко вздыхаю, ощущая боль в груди от его слов, но ни на мгновение не сомневаюсь

в своем решении.

— Что ж, пусть будет так, — отвечаю я и поворачиваюсь к маме. В ее глазах слезы,

растерянность и страх за меня. — Мама, прости меня, я люблю тебя очень сильно, но я

хочу быть счастливой. Я должна уйти.

Она прижимает ладонь к губам и молча кивает, едва заметно, почему-то не злясь на

меня, как дядя. Тетя что-то возмущенно кричит, но я уже не слушаю ее, просто

поворачиваюсь и выхожу за дверь, чувствуя, как тяжелая ноша падает с плеч,

освобождая меня.

Такси уже ждет меня у ворот, я подхожу к машине, кладу чемодан в багажник и сажусь на

заднее сиденье. Сердце бьется так быстро, что трудно дышать, но я чувствую лишь

облегчение и радость. Я сделала то, что должна была сделать давно.

Путь к дому Ибрагима кажется мне бесконечным, но вот, наконец, мы подъезжаем. В груди

нарастает волнение и страх — а вдруг он не захочет меня видеть? Вдруг он не простит

моего ухода? Но я тут же отгоняю эти мысли, оплачиваю поездку и выхожу из машины,

глядя на уже ставшие родными ворота и знакомый дом.

Я подхожу к двери и на мгновение замираю. Все изменится прямо сейчас. Я беру себя в

руки, нажимаю на кнопку звонка и слушаю, как за дверью раздаются шаги. Сегодня

выходной, он дома.

Через секунду дверь распахивается. Ибрагим стоит на пороге, сжимая ручку двери так,

что его пальцы белеют, и смотрит на меня взглядом, в котором столько эмоций сразу —

удивление, тревога, надежда. Он выглядит усталым, с кругами под глазами, будто

несколько ночей не спал. Я ощущаю, как от его взгляда по моему телу пробегает дрожь,