P.S. Ветер за окном воет, как голодный зверь. Скоро я забуду даже своё имя. Но не тебя, Сандри. Никогда не тебя.

Подпись превратилась в кляксу, будто руку автора дёрнули в последний момент.

САНДРИНА

сейчас

— ...Я все постепенно вспомнила. И когда культисты схватили меня... их епископ сказал, что это я убила моего жениха. Что я — убийца. Сначала я не поняла значение их слов. Думала, они ничего о нас не знают, что так запугивают меня. Но... Они были правы. Один из нас всегда умирает, когда мы вместе, Эскар, — мои пальцы сжали его рукав. — Неважно, в каких телах, в каких жизнях. Наше время... всегда коротко. Потому что кто-то... — мои слёзы капали на его руки, — всегда будет пытаться разлучить нас.

Он схватил меня за подбородок, заставив встретить его взгляд.

— ...Ты уже знаешь кто?

— Те, кто сделал тебя Жнецом, чтобы стереть всю твою память о прошлых жизнях со мной. Те, кто отправил меня в другую мерность, как можно дальше от тебя. Но даже там мы были когда-то вместе. Они боятся... чего-то, что случается, когда мы вместе.

В камине с треском рухнуло полено, осыпав нас искрами. Но в его глазах горело куда более опасное пламя.

— Значит в этот раз они окончательно просчитались. Их играм придет конец.

Не вопрос. Не сомнение. Утверждение.

Я устало кивнула, прижимаясь к его груди. За окном тьма сгущалась, готовясь к бою.

— ...Я знаю что делать, Сандри.

Я ощутила, как его пальцы сжали мои — так крепко, будто он пытался впечатать себя в мою кожу. Эскар нагнулся, начиная шептать мне на ухо.

— Оставить друг друга?... — прошептала я, не веря тому, что только что услышала от него.

Эскар кивнул, его глаза — два уголька в полумраке — отражали пламя камина.

— Да. Это единственный способ обмануть саму Систему. Они поверят, что мы ненавидим друг друга... что больше не боремся за нашу любовь.

Я резко вдохнула, все внутри клокотало.

— Но как? В Атриуме они проверят наши чувства, наши воспоминания!

Он провёл рукой по моей щеке, и его голос стал мягким, как шёлк.

— Есть один способ. Но... он сравним только со смертью. Я знаю, что может временно стереть нашу память.

— Временно?... — моё сердце забилось быстрее. — Значит... мы вспомним друг друга потом?

— Вспомним. Но не сразу.

— Нет, Эскар. Я не хочу этого. Может, это и кажется единственным выходом сейчас, но... Мы не обязаны идти только этим путём, правда? Где-то же есть множество дверей в конце туннеля... Мы найдем другой выход. Без стирания памяти, без перехода в другую мерность.

Он наклонился ко мне, и его губы коснулись моего виска — горячие, влажные.