Не теряя ни секунды, юноша звонко щелкнул пальцами. Зачерпнув силу «Замка Истока», он сноровисто вылепил собственного двойника, который послушно застыл подле него.
Глава 1373 Лицом к лицу
Вылепленный Клейном фантом копировал его собственный, подлинный облик, а отнюдь не личины Дуэйна Дантеса, Шерлока Мориарти или Мерлина Гермеса. Этот прагматичный выбор наглухо отсекал малейший риск когнитивного диссонанса.
Пережив леденящую душу чертовщину, которую обрушил на него Адам, сыщик стал маниакально осторожен в подобных ментальных вопросах.
Искоса мазнув взглядом по двойнику, Клейн силой мысли наглухо стер с его лица все черты, превратив физиономию в абсолютно гладкий, безликий холст.
Безликая проекция тотчас же хищно выбросила правую руку вперед. Зачерпнув сокрушительную мощь «Замка Истока», фантом сделал резкое хватательное движение, намертво вцепившись в подлинное тело юноши.
Раз за разом, потерпев с добрый десяток глухих фиаско, двойнику наконец-то удалось выудить из плоти оригинала крошечную искру непроницаемо-глубокого, темного света.
«Хух, свершилось…» — Клейн беззвучно, с тяжелым осадком выдохнул, окончательно и бесповоротно поставив крест на затее пускать подобный фокус в ход во время реальной мясорубки.
Даже при том раскладе, что он не оказывал ни малейшего сопротивления, полностью расслабившись и доверившись процессу, фантому, оседлавшему заоблачный статус и силу «Замка Истока», потребовалась уйма времени и неисчислимая прорва попыток ради жалкого успеха. Прагматичная боевая ценность такого маневра болталась на круглом нуле.
По мере того как излишки Потусторонних характеристик дюйм за дюймом покидали тело, Клейн физически ощущал, как его душу и плоть наполняет пьянящая легкость. Юноше казалось, будто он сбросил с плеч свинцовое бремя, которое влачил за собой долгие, изматывающие годы.
Спору нет, его душевное равновесие тоже дало слабину. Наглухо лишившись того самого остаточного духа Заратула, служившего противовесом, сыщик позволил пробуждающейся воле «Небесного Достопочтенного» обрушиться на свой рассудок с куда более сокрушительной, хищной яростью.
Впрочем, юноша загодя подстелил соломку и морально приготовился к подобному виражу. Ни на йоту не поддавшись панике, он титаническим усилием воли, опираясь на железобетонную кристальность самосознания вкупе с колоссальным монолитом якорей, дюйм за дюймом задавил леденящую порчу «Небесного Достопочтенного», благополучно нащупав свежий, хрупкий баланс.
Синхронно с этим, стоило лишь той самой не до конца переваренной Потусторонней характеристике «Слуги Тайн» окончательно ввинтиться в плоть двойника, как его гладкая, безликая физиономия судорожно исказилась. Из пустоты с хрустом вылупились два бездонных, напрочь лишенных блеска глаза, а подбородок густо порос призрачной, едва различимой седой бородой.