'Сизер Фрэнсис крутил баранку нашего экипажа. И пускай он числился лишь гражданским, ему то и дело приходилось окунаться в самое пекло опасных переделок. Именно поэтому капитан благоразумно взвалил на его плечи все хлопоты по закупке и выдаче казенного арсенала. Сизер обладал пугающим талантом оставаться неприметной тенью, и, пожалуй, именно эта незаметность служила его главным козырем в искусстве выживания.
'Порой меня одолевают мысли: не стрясись всей той леденящей чертовщины, я бы почти стопроцентно и по сей день куковал в Тингене. День за днем привычно отбывал бы смены, тянул лямку на дежурствах в катакомбах, ковырялся в немногочисленных расследованиях, резался в карты с товарищами и нет-нет да и выбирался бы с Мелиссой и Бенсоном в театр или на цирковые представления. Выкроив момент улизнуть домой пораньше, я бы с упоением колдовал у плиты над кулинарными изысками — всё-таки стряпня всегда была моей главной отдушиной. А по выходным, глядишь, наносил бы визиты вам, часами перемывая косточки историческим анналам самых разных эпох…
«Какая досада, но судьба безжалостно, неумолимо гонит нас вперед, заставляя сталкиваться лицом к лицу всё с новыми и новыми метаморфозами».
Глава 1360 Выбор
Дописав еще пару строк о своих впечатлениях от Тингена, Клейн вскользь упомянул, что благополучно завершил ритуал, вскарабкавшись на первую Последовательность и став «Слугой Тайн». Заодно он обмолвился, что стер в порошок одну из самых гнетущих, застарелых угроз, денно и нощно висевших над его душой — предводителя Тайного ордена Заратула.
Сыщик благоразумно не стал расписывать собственное, донельзя плачевное положение, ограничившись лишь серьезным, вдумчивым препарированием тех ментальных недугов, что терзают ангелов.
Сноровисто убрав перо и аккуратно сложив пергамент, Клейн выудил прямиком из «Замка Истока» медный свисток Азика. Поднеся артефакт к губам, юноша негромко дунул.
Прямо посреди дешевой кофейни, словно из бьющего ключом фонтана, хлынули белоснежные кости, стремительно сплетаясь в исполинского, монументального гонца.
Впрочем, жуткий курьер тут же благоразумно съежился, подогнав свои габариты под рост заурядного человека.
Синхронно с этой метаморфозой тварь преклонила одно колено и покорно протянула костлявую ладонь.
— К чему такой трепет, — узрев эту картину, с легким смешком проронил Клейн. — Я же не собираюсь пускать тебя в расход.
Роняя эти слова, юноша подхватил письмо и бережно опустил его прямо в костяную длань посланника.
Гонец судорожно, с преувеличенным рвением закивал — и одному богу известно, с чем именно этот монстр так отчаянно соглашался.