Клейн, медленно, с чувством расстановки поднявшись на ноги, устремил тяжелый взгляд на эту виртуозно концептуализированную мешанину, что некогда звалась Амоном, и с усмешкой бросил:
— С тем же успехом ты мог бы покорно последовать моему примеру, позволив воле «Повелителя Тайн» в твоем нутре совершить очередной скачок в пробуждении. Вот только, в отличие от банальной смерти, этот суицидальный финт неминуемо, сокрушительным рикошетом ударит по тому самому телу, что нынче дрыхнет у Адама.
Сбитая в концептуальный ком масса Амона резво, словно по щелчку, вернула себе физическую плоть. Оседлав заоблачный авторитет «Двери», Он играючи вырвался из этих абстрактных кандалов.
На Его губах всё так же плясала издевательская ухмылка. Напрочь проигнорировав выпад Клейна, ублюдок хищно вцепился в этот шанс, вознамерившись пустить в ход виртуозную замену фальшивки на оригинал из домена «Ошибки». Он отчаянно жаждал поменяться местами с загодя припрятанным во внешнем мире клоном, благополучно вышвырнув Себя наружу.
Этот фокус до боли походил на фирменную рокировку «Провидца» со своей марионеткой, однако козырял куда более заоблачным эшелоном и в корне иной механикой, отчего сорвать его заурядными помехами было практически немыслимо.
Но, несмотря на всё Свое гениальное мастерство, Амон вновь потерпел глухое фиаско.
Король Ангелов с леденящим ужасом констатировал: Его авторитет «Ошибки» оказался наглухо, грубой силой вдавлен в пол.
Вокруг всё еще медленно распрямляющего спину Клейна хищно взвилось еще больше скользких, источающих первобытную скверну щупалец, а улыбка на лице юноши растянулась в поистине гротескный, психопатичный оскал.
В следующую же долю секунды глаза Амона заволокло пугающим, деревянным оцепенением. Улыбка на Его лице окоченела, превратившись в мертвую маску, а выточенный из хрусталя монокль мигом потускнел, напрочь лишившись своего кристального блеска.
Синхронно с этим на лице Клейна та самая, дышащая ледяной первобытностью маска хищно заизвивалась и пошла рябью.
Эффект «Слепой глупости»!
Не теряя ни секунды, сыщик виртуозно «Привил» самого себя к одному из леденящих концептов, таящихся в бездонных звездных высях, и оседлал авторитет «Одурачивания», дабы перекроить реальность в том самом, сокрытом секторе космоса.
Склизкие щупальца, роящиеся вокруг юноши, послушно изогнулись. Уподобившись дулам заряженных револьверов, они намертво взяли Амона на мушку.
И в тех самых зеницах Амона, где всё еще плескались жалкие остатки свинцового ступора, внезапно, с оглушительным размахом вспыхнула сверхновая звезда.