Этот «Змей Судьбы», Уилл Осептин, очевидно, не хватал звезд с неба с рождения, будучи напрочь лишенным врожденной «Уникальности». Ему оставалось лишь барахтаться между оставшимися двумя вариантами.
Доселе Он рвал жилы, отчаянно силясь обустроить упрощенный ритуал — иными словами, терпеливо дожидался того самого безупречного проблеска фортуны. И кто бы мог помыслить, что этим предреченным шансом окажется не кто иной, как Клейн, вскарабкавшийся на ступень без пяти минут Древнего. Подводя черту: судьба изящно подсунула Ему именно второй вариант.
Осознав эту горькую иронию, пухлый малыш разрыдался пуще прежнего. Его грызло тошнотворное, свинцовое чувство, будто сама Фортуна только что цинично обвела Его вокруг пальца.
— Подряди полубогов Школы Жизни немедля перебросить сюда «Игральные кости вероятности». Впрочем, зная твой баснословный капитал удачи, реликвия почти стопроцентно уже должна заваляться где-то под рукой. — Клейн, напрочь проигнорировав истерику Уилла, сухо отчеканил: — Начинаем без промедлений. Песчинки в моих часах тают пугающе стремительно.
Уилл резко оборвал плач. Смерив Клейна долгим, пронзительным взглядом, Он, слегка всхлипывая, произнес:
— К дьяволу. Обождем до следующего шанса.
— В твоих нынешних, донельзя плачевных кондициях взваливать на себя эту суицидальную авантюру — верный путь сорваться в бездну. Чего доброго, слетишь с катушек прямо на месте. А сходиться лоб в лоб с «Повелителем Тайн» я не желаю ни за какие коврижки.
— Хм, давай оставим это до следующего раза. Интуиция мне подсказывает…
На этих словах Уилл устремил немигающий, тяжелый взор прямо в глаза Клейна и добавил:
— … я нутром чую, что грядущий шанс окажется на порядок безупречнее.
Клейн, чье лицо по-прежнему хранило ледяную, лунатическую отрешенность, отозвался слегка севшим баритоном:
— Это пророчество?
По пухлым щекам Уилла Осептина вновь заструились горькие слезы:
— Нет. Это благословение.
Клейн едва уловимо кивнул. Медленно поднявшись на ноги, юноша стал шаг за шагом, неумолимо пятиться назад.
По мере отступления его силуэт стремительно выцветал, наливаясь призрачной прозрачностью, покуда не растаял в воздухе без остатка.
Он благополучно катапультировался обратно в «Замок Истока». Тяжело рухнув на то самое кресло с высокой спинкой, владыка позволил пелене серо-белой мглы наглухо укутать свою плоть.
Цепким взором окинув округу и железобетонно удостоверившись в стабильности каждой темно-красной звезды, Клейн свинцово, до предела вымотанно откинулся на спинку престола и легким жестом вскинул правую руку.