Пролог
– Боги, нет!
Звериный крик вырвался из моего горла и, отразившись от стен и сводов потолка, вернулся ко мне же, зазвенев в моих собственных ушах и оглушив меня. Я сдавленно выдохнула.
Мой полный ужаса взгляд впился в алую струйку крови, что медленно вытекала из его рта, изредка фонтанируя. На бело-чёрном каменном полу она выделялась особенно ярко, алела, будто настоящий рубин и переливалась всеми оттенками красного в свете магических светильников, как насмешка судьбы. Он захлёбывался и хрипел, корчился на полу, пока мне до боли выкручивал руку родной брат, не давая вырваться. Впрочем, я и не пыталась.
Двор замер. Замерли сидхэ и фэйри. Замерли слуги. Все замерли. Замерла и я, не веря своим глазам. Как… Он мог? Он не мог умереть! Кто дал ему право умирать?! Кто?! Нет! Этого не может быть!
Серебряный кубок валялся рядом с ним, как ещё одна холодная, ледяная насмешка. Звон от его падения всё ещё был немного слышен в помещении. Или в моей голове… Я не знаю…
– Держи её, – едва слышно шепнул Советник брату, после чего идеально выверенным шагом направился к отцу. Ни тени эмоции. Ничего. Будто он – бесчувственная статуя.
В моих же глазах плескался ужас, который я была не в силах сдержать. Я почти не чувствовала боли, она была где-то на задворках сознания. На переднем же плане была кровь, что лилась изо рта моего отца-короля, и руки брата-полукровки, что держали меня.
Между тем Советник подошёл и коснулся пальцами красной жидкости, даже не снимая перчатку с руки. Растерев жидкость между пальцами, он оглушающе ясно выдал в этой громкой тишине:
– Рябина. Он мёртв. Дети могут подойти и сделать, что положено, – он медленно встал и обернулся, посмотрев на меня, которую подтолкнул вперёд брат. Шаг. Второй…
Ноги не держали. Подкашивались. Приходилось опираться на Лиана.
Отец… Да как же так?!
Медленно подойдя к телу, я села возле него, почти упала, и приложила ладонь к его сердцу, прикрыв глаза на мгновение, показавшееся вечностью, прощаясь с ним.
Когда я открыла их, брат жестом подзывал слуг, что уже принесли бархатную подушку для короны, но тут из толпы, до этого неподвижной, вышла Вайнтер.
– Это могу сделать я. Как супруга. Как сидхэ, – она с презрением посмотрела на брата, изогнув идеальные губы в усмешке, а я вновь прикрыла глаза на долю секунды, и вновь из-за ужаса. Чтобы его никто не заметил.
Можно сказать, что мы теперь тоже трупы. Мы не выживем. Нам не дадут. Оглянувшись, я посмотрела на всех, кто стоял вокруг, а после вновь на отца. Кто? И почему сейчас?
Хотя нет, почему я понимаю – более удачного момента никогда больше не будет, чтобы захватить власть.