Даже представить себе не могу, насколько это больно… Да и… Невозможно… Это… Выходит, если сотни сезонов травить себя малыми дозами рябины, то в конце концов ты станешь практически неуязвимым к ней? Безусловно, её действие будет отвратительно неприятно, но уже не смертельно, по крайней мере какое-то время… Конечно, цена за это просто невероятная – с самого детства постоянно испытывать страшнейшие боли из-за её приёма, но… Конечный эффект того стоит!
– Может, там просто нет рябины? – изогнул бровь Советник, чуть склонив голову на бок столь легко, что я была искренне поражена такой выдержкой. Только вот... Я совершенно не понимала, зачем ему эта игра? Нет, а действительно – зачем? Выставить Андаллисса идиотом? Параноиком? Что это ему даст?
– Вайнтер, дорогая… – неожиданно Герцог обернулся и поманил к себе рукой беременную красавицу, что стояла в толпе и с недоумением смотрела на всё происходящее. Впрочем, не одна она сейчас находилась в таком состоянии – здесь никто ничего не понимал, но интересно было всем! А что, кстати, Герцог задумал? Отравить наложницу, беременную от моего отца, то бишь прошлого короля, дав ей попробовать смертельный напиток? Это худшее решение, какое только может быть, ведь смерть наследника сильно ударит по сидхэ, что сейчас склонились перед ним, и не факт, что Высшие Рода не поднимут бунт против подобной власти! Они, конечно, чаще всего предпочитают отсиживаться в стороне и не занимать ничью позицию, но дети у сидхэ слишком редкая вещь, чтобы подобное можно было спустить с рук. Тем более, если это даже не твой ребёнок… Между тем Вайнтер, пусть и не без опаски, но подошла к будущему королю, что протянул ей кубок, поражая всех вокруг, – Окуните палец.
– Что? – красавица медленно моргнула, будто не веря в услышанное, а после подняла ошарашенный взгляд на Андаллисса, что лишь изогнул бровь в ответ на её непонимание.
– Проверь, есть ли рябина в вине. Давай же! – с давлением в голосе сказал преемник, едва ли не процедив это сквозь зубы. В неуверенности покачав головой, Вайнтер невероятно медленно сняла перчатку и, переведя нечитаемый взгляд на Геральта, коснулась пальцем вина.
В тот же миг отдернув с шипением руку, она отшатнулась от кубка, глядя на свой «бедный» пальчик.
Рябина. Я поджала губы.
Что же ты творишь, Геральт? Что? Зачем тебе это было нужно? Ты же не столь наивен...
– Как видите, Глава Совета, – хмыкнул Андаллисс и показательно выронил кубок из руки, замолчав на то короткое время, пока он упадёт, подпрыгнет, ударится об пол и, зазвенев, разольёт отравленное вино вокруг его ног, – Рябина там всё же была! Так что же мне с вами делать?