Александр не всегда был рядом с ней – разговоры с «важными людьми» преследовали её и здесь. Когда он, извинившись, отошёл в сторонку с какой-то женщиной поговорить о делах, Эмилия почувствовала, как больно уколола ревность. Ей собственнически хотелось, чтобы он был с ней и только с ней, но умом понимала, что это невозможно. Она подошла к смотровой площадке, взялась за перила, выглянула на арену. Лошади волновались в загонах, вот-вот должны были объявить старт.
– Привет.
Её окликнули сзади. Она повернула голову. Протиснувшись сквозь плотную толпу, рядом с ней встала Дарья Калинских. На ней был нежно-розовый костюм-двойка и белая шляпа с огромным пучком страусиных перьев. Эмилия завертела головой в безуспешной попытке найти взглядом Александра или хотя бы наметить себе путь отхода. Ей не хотелось говорить с Дарьей.
Её высокомерный, насмешливый взгляд выносил прочь всю её уверенность в себе. Соседствование с сестрой бывшей жены Саши вызывало у неё смутное чувство тревоги и вины, словно она украла его из семьи, сбила с пути, не дала доносить траур. Её тревожило то, что Дарья, которой никогда не было до неё дела, вдруг подошла теперь к ней сама. Это определённо было связано с Александром. Она никак не могла найти его взглядом в толпе, и от этого волновалась ещё больше.
– Эльвира?
– Эмилия, – поправила она. Ей показалось, что Даша намеренно коверкает её имя, чтобы продемонстрировать пренебрежение.
– Ох, прости, – она деланно закатила глаза. – Как дела?
Эмилию ошарашил этот вопрос. Такой задают подружкам, а не малознакомым людям. Впрочем, ожидать соблюдения этики от такой дамы, как Дарья Калинских, было глупо.
Они с ней были почти ровесницами, но Даша вела себя, как хозяйка жизни, порой нагло и нахраписто. Это было ещё одной причиной не желать с ней контакта – Эмилия попросту терялась от чужого хамства.
Объявили старт, и конники рванули из-за ворот. Раздались возбужденные вопли толпы, рядом с ней кто-то вскрикнул «Давай, Звезда, вперёд!», и это позволило ей взять время на обдумывание ответа.
– Хорошо, – она не придумала ничего лучше.
– Хорошо? Всего лишь?! – воскликнула Даша, звонко хлопнув в ладоши. – Ха, да я бы на твоём месте прыгала от счастья.
– Что ты имеешь в виду?
– Заполучить такого красавчика. Да после жирного гадкого ублюдка. Да, я терпеть не могу Осиповича. Он такой мерзкий. И старый. И наверняка вонючий, да? – Дашка рассмеялась, высоко запрокинув голову. Эмилия почувствовала, что под толстым слоем грима начинает краснеть. – Он часто бывает у нас в гостях. Когда у него потеет лоб, у меня пропадает аппетит.