– Пошла к чёрту! – крикнула Эмилия и испугалась того, как повела себя. Испугалась, что вернулась в эту свою провинциальность, снова стала глупой простушкой, которую легко было обвести вокруг пальца.
– Везде помогите ей, да спасите… Да лучше уж пусть пристрелят, чем как слизняк жить всю жизнь! Курица глупая!
– Ты меня в это и втянула!
– Ага, повини меня ещё! Вот и помогай всяким дурам, ещё крайняя останешься.
– Пошла ты!
Эмилия злилась, но не понимала, на кого: на себя или на Надю, потому что Надя говорила правду. Эмилия струсила. Допустила мысль, что может взять деньги и исчезнуть, что может из страха предать, и что после будет страдать, потому что страдание – это привычно. Привычно сносить удары судьбы и подставлять левую щёку. Привычно делать, что скажут. А сопротивляться, схватить за руку бьющего – страшно. Но она попробует. Лишь бы ей хватило времени. Лишь бы она успела хотя бы мельком увидеть его.
Эмилия вскочила из-за стола и помчалась к выходу, чтобы поймать такси.
Глава 55
– Это точно? – Александр взялся за уголок простой чёрной папки, не решаясь заглянуть внутрь. Ему казалось, что всё вокруг рухнет, «Воскресенский консалтинг» превратится в руины и похоронит его под собой, если он сделает это. Он боялся, что это окажется правдой. И это случилось.
– Бумаги перед тобой, смотри, – сквозь зубы бросил Демид и отвернулся к окну.
На столе лежал отчёт частного детектива. В рекордные сроки человек со стороны сумел разузнать обстоятельства «предательства» семьи Лилией Воскресенской. Человек со стороны, а не собственная служба безопасности – их Искандер Борисович просто не допустил к делу. Он не дал собственному сыну возможности оправдаться. Александр прочёл текст по диагонали, стараясь не вчитываться, и не принимать слишком близко…
Лиля Воскресенская была невиновна. Анонимный доброжелатель, который подкинул ей информацию об Осиповиче, сыграл на её честолюбии, неопытности и горячности, попросту обманул – Лиля дала делу ход и спровоцировала череду скандалов, ударивших по репутации Семьи. Параллельно с этим была взломана её электронная почта и цифровая подпись. И самое главное – в час перевода денег она была на скачках, она говорила с Александром. У неё было железное алиби. Но Искандер Борисович Воскресенский не дал им разобраться. Не дал ни часа…
Александр внутри себя вдруг перестал называть его отцом. Александр отделился от него – Искандер Воскресенский стал для него палачом, хозяином, работорговцем, свихнувшимся стариком, только не тем, кто вырастил его и кому Александр должен быть благодарен. В этот самый момент Александр ненавидел его, а ещё больше ненавидел себя. За то, что слепо верил ему, шёл за ним. Почти стал таким, как он.