– Саш. Пообещай мне одну вещь, – Данил вдруг взглянул ему прямо в глаза. Серьёзно и пристально, как никогда раньше не делал. Александр увидел в его глазах тревогу. – Что бы ни случилось, мы будем заодно. И против друг друга не встанем. И с Лилей ничего не случится.
Александр молча кивнул. Поганое чувство. Как будто он дал обещание, которое не сможет сдержать.
Глава 9
Александр всегда приходил на работу раньше всех. Каждое утро он отслеживал по внутренней программе, во сколько система отщелкивает пропуска сотрудников на входе в здание. Демид приходил за сорок-сорок пять минут до начала рабочего дня, руководитель отдела безопасности – за полчаса, главный программист – за три минуты. Секретарша Алёна всегда опаздывала ровно на пятнадцать минут, уверенная в том, что босс либо не замечает, либо не придает значения – ведь что такое пятнадцать минут для дамы, которая едва ли не каждый час поправляет на рабочем месте макияж? В свете множества гораздо более серьёзных проблем Александр не придавал значения этим ничтожным цифрам, но они почему-то упорно откладывались в голове, словно там у него – бездонная чёрная дыра, жадно поглощавшая любую информацию.
Воскресенский выходил ровно в шесть тридцать утра, чтобы в семь уже быть на рабочем месте, но сегодня что-то пошло не так. Он застегивал кожаный браслет часов, когда экран его смартфона вспыхнул и следом взорвался пронзительной, непривычной трелью – так ему приходили звонки с неизвестных номеров.
– Воскресенский, – резко охватил Александр, напряжённо вслушиваясь в трубку.
Ему ответила тишина.
Александр посчитал про себя до трёх и сбросил звонок, положил телефон на столик. Досадная, не вписывающаяся в привычный ритм мелочь. Он ощутил лёгкое раздражение не то от звонка, не то от намертво застрявшего в карабине ремешка часов. Как всё вовремя!
Через мгновение звонок раздался снова.
– Говорите, иначе я вычислю вас, и мы встретимся лично…
– Извините…
Александр оторвал трубку от уха и взглянул на экран, будто на нём вместо бессмысленного, неизвестного набора цифр надеялся увидеть звонившую. Этот низкий, царапающий нервы и слух голос невозможно было спутать ни с каким другим.
– Простите. Я…
– Эмилия?
Она профессионально умела заставать врасплох. Александр подошёл к окну, взглянул на парк, смахнул пальцем невидимую пылинку с панорамного стекла, прозрачного изнутри, но абсолютно непроницаемого снаружи. Взял паузу, словно готовился нырнуть на неизведанную глубину.
– Что-то случилось?
– Нет-нет! – Ему почудилось, что она виновато улыбается. Александру живо представилось её покрасневшее лицо, стыдливо опущенные ресницы, изогнутая линия чуть подрагивающих в нерешительности губ. В деталях. Как на том злополучном балу. – Мне просто… просто совсем не с кем поговорить.