После такого дня хотелось отдохнуть, но Эш и Присцилла заслужили рассказ о священнике, его сестре и шантаже Джорджины. К счастью, Гортензия сослалась на усталость и ушла в свою комнату, а мы остались в малой гостиной. История за стаканом с янтарной жидкостью вышла даже интересной, Присцилла то и дело ахала, а Эш хмурился.

— Врал как сивый мерин, — постановил он, когда я заговорила про преподобного, — впрочем, чего и ждать от жертвы шантажа. Но портрет убитой перестаёт быть однозначным.

— Насчёт Патрика я тоже всё выяснила, — вспомнила я про разговор с Бассетом, — у него алиби – был на кухне, подкреплялся после пропущенного завтрака. Ваша тётушка предположила, что Джорджина вполне могла заказать для сына отворотного средства. Энн Причерс считает так же.

— Не знала, какие у нас под боком творятся страсти, — сказала Прис. – Интересно, как такое пришло в голову Гортензии?

— Мне гораздо интереснее, кто в Хейстауне промышляет продажей запрещённых магических зелий, — буркнул Эш. – Ведь раз есть спрос, то есть и предложение.

— Вот пусть твой приятель из полиции поищет, — предложила его жена, — всё больше пользы, чем подозревать Джессику.

С запрещённых зелий разговор плавно и даже предсказуемо съехал на моё несуществующее проклятье. И тут коварная Присцилла предложила кое-что проверить.

— Мы просто посмотрим, — уговаривала она, — пошли вместе с нами на кухню, и

— Там у вас опять черника? – нервно засмеялась я.

— Даже если и черника, — подключился Эш, — то мы будем рядом.

— Ты же не боишься? – подлила масла в огонь Присцилла.

— Не боюсь, — я пожала плечами, — но лучше бы знать заранее

Заранее не помогло. Когда я, подпираемая с одной стороны лордом, а с другой леди Экстон, появилась на кухне и увидела на столе корзинку с черникой, всё повторилось. Друзья остались по ту сторону воздушного пузыря, в котором существовали только я и эти прекрасные тёмно-синие ягоды с лёгким благородным налётом. Они были созданы для пирога, и только я могла помочь им воссоединиться с тестом.

Причём точно знала, что и в какой последовательности делать. Останавливало только отсутствие в непосредственной видимости муки, масла, сахара и яиц.

— видишь? – страдала рядом Присцилла. – Она отключается, как только видит эту ягоду!

— Очень странно, — соглашался Эш, — а я ведь тебе не поверил.

— Эш, надо что-то делать!

— Но что? На проклятье это даже близко не похоже, с кем мне теперь советоваться?

— А кто у нас лорд Экстон? Кто знаком

Их голоса то приближались, то отдалялись, а я по-прежнему не могла оторвать взгляд от корзинки с черникой. Между прочим, Присцилла права, надо что-то делать. И я даже знала, что. Для начала посмотреть, где тут хранят продукты. Наверняка к кухне примыкает какая-нибудь кладовка! А в ней есть холодильный ларь и мешок с мукой.