— Вы были пиратами? — с интересом спрашивает Эллиот.
Я все еще пытаюсь осознать происходящее. Эллиот и Баз… нашли общий язык? София бросает на меня такой же взгляд. Такое чувство, будто мы строгие родители Эллиота, а он наш непутевый сын, связавшийся с мрачными вампирами. Ох уж эта молодежь.
— Мы перевозили товары из порта в порт. Ткани, ром, меха…
— …человеческие души, кровь, оружие, наркотики, — продолжает за него София, и каждое слово сочится ядом. — Не так уж отличается от того, чем вы занимаетесь сейчас, да? Девушками тоже торговали? Рабами?
— Хватит, — гремит Дикон, возвращаясь из того места, куда исчез.
На нем больше нет спортивных штанов. Теперь он одет в рабочие брюки, потрепанную кожаную куртку и какие-то винтажные белые кроссовки. Хотя для него они, возможно, вовсе не винтажные. Он крутит ключи от мотоцикла на указательном пальце.
— Пора.
Значит, он все-таки едет. В Харкер. Я не знаю, радоваться или блевать.
— Ты все еще не сказал мне, как…
— Вот с этим.
Дикон показывает мне связку ключей, а на ней — блестящую лимантрийскую монету. Медную, тогда как у всех нас серебряные. Он проходит мимо нас к входным дверям.
— Пошевеливайтесь. Ваша охотничья вонь душит.
Мы один за другим выходим наружу. Эллиот машет Базу на прощание, и, к моему полнейшему изумлению, Баз отвечает ему тем же.
— И к слову, — говорит Дикон Софии, когда мы оказываемся в вихре снега за стенами его клуба, — Баз не только воевал за Союз с шестьдесят первого по шестьдесят пятый, но и освободил под началом грозной пиратки Энн Бонни больше женщин, ставших жертвами торговли людьми, чем весь ваш продажный эльфийский совет мог бы мечтать.
Он изучает тонкую линию челюсти Софии и ее полные губы, и меня даже немного поражает, что в его холодных глазах нет ни капли похоти. Соф хотят все.
— Энн с огромным удовольствием насадила бы на клинок такую глупую, ничем не примечательную и показушно праведную охотницу, как ты.
София остается стоять с открытым ртом, а кулаки Эллиота сжимаются в ее защиту.
Но меня это не удивляет.
У Дикона нет морали — нет этических принципов, которые направляли бы его к добру и удерживали от зла. Но и обратного тоже нет, как у некоторых знакомых мне девиантов, которые намеренно ищут все самое порочное и развратное. Кодекс Дикона прост: он делает то, что хочет, когда хочет. Иногда это означает помочь мне найти Рида; иногда — забрать человеческую душу или продавать оружие преступникам. Но кое в чем я его все-таки неправильно оценила. Я думала, что все могущественные демоны относятся к таким девиантам, как Баз и Уорд, так же, как Рид, — считают их ниже себя. Но, похоже, это еще один набор правил, по которым Дикон отказывается играть. Уорд и Баз… его друзья. И, похоже, Дикон готов на все, чтобы защитить не только свой клуб — свой дом, — но и своих людей.