Но сейчас власть таковой, слава богу, совершенно не кажется. Идет достаточно бурное, пусть и скрипучее, развитие фабричной промышленности. И хотя Российская империя технологически еще глубоко позади передовых европейских стран, у нее имеются все шансы подняться. Не так уж давно отшумели победоносные турецкие кампании, где наши войска чудо как хороши были — только что в сам Константинополь не вошли. И после горькой памяти о Крымской войне эти виктории до сих пор имеют для народа огромное духоподъемное значение. Идут успешные военные походы в Средней Азии, прирастая империю новыми территориями.
Так что сейчас Россия выглядит в глазах обывателя мощнейшим, непоколебимым гигантом, свалить которого не под силу никому. Да и сам монументальный образ большого, широкого в кости и сильного, как таежный медведь, императора Александра III играет на пользу всей государственной системе. Против такого сурового царя-гиганта не забалуешь.
Да и с престолонаследием вроде бы всё в полном порядке. Ну да, что-то там балует по молодости цесаревич Николай Александрович, но кто из великих князей не чудил по юности? Подрастет, остепенится. Батюшка-то его еще в самом соку, силен как бык, ему и сорока пяти лет нету. Будет время подготовить наследника должным образом и передать империю в надежные руки.
— Вот тебе, Прохор, и партийное поручение от товарищей, — торжественно объявил Скороход, словно припечатал. — Раз ты всё так складно расписал, всё это ты и должен довести до начальства. От лица нашего коллектива.
Я мысленно хмыкнул, ни единым мускулом на лице не выдав эмоций. Честно говоря, к подобному повороту я был морально готов. Очень удобно бросать меня сейчас грудью на амбразуру. Я даже не удивлюсь, если меня вообще позвали на эту тайную сходку исключительно с одной целью: найти грамотного дурака, который не побоится пойти к конторским и выложить им на стол требования. Эдакий расходный материал-переговорщик. А остальные «сознательные борцы» будут в это время трусливо прятать глаза и отворачивать головы в сторону, случись мне попасть под штрафы или увольнение.
— Хорошо, товарищи, я выполню это! — твердо, глядя прямо в глаза Скороходу, ответил я. — Но при одном нерушимом условии. Я пойду в контору только после того, как вся следующая неделя будет отработана именно так, как я вам сейчас расписал. Чтобы за девять часов все до единой нормы были выполнены во всех наших цехах. И вот тогда, в пятницу или в субботу, я сам схожу к начальнику и доложу об этом. Не убоюсь, не сомневайтесь. Но запомните крепко: если хоть кто-то сорвет нашу договоренность, если в цехах не будет идеальной чистоты, если кто-то провалит то задание, которое дает начальство — сделка отменяется. Нет никакого смысла идти качать права с пустыми руками. Ибо для того, чтобы жестко требовать уступок от других, нужно сначала стать беспощадно требовательным к самому себе.