Но пока мне нужно понять, не убьют ли меня на выходе с завода. И о таком я предпочитал спрашивать у самого убийцы. Чтобы, так сказать, из первых рук.
От автора:
Фармацевт попал в тело алхимика-должника. Мастерская пуста, в руке смертельный яд. Вари настоящие зелья из хлама, строй бизнес и выживай на Островах!
#590408/5708155
Глава 12
Калуга
10 мая 1887 года
— Рассказывай! — жестко потребовал я, нависнув над вихрастым уличным мальчишкой, который уже битый час переминался с ноги на ногу у заводской проходной, поджидая меня.
— А… а чего рассказывать-то, Прохор? — от моего резкого, хищного напора пацан явно растерялся, вжав голову в худые плечи. Его глаза испуганно забегали.
И было от чего. Ведь прямо за моей спиной, тяжело пройдя через вертушку проходной и заслоняя собой тусклое вечернее солнце, выросли три грандиозные фигуры. Три невероятно крупных, матерых заводских мужика, чьи кулаки напоминали пивные кружки. И среди них, возвышаясь как гранитный утес, угрюмо поигрывал желваками Степан — особо могучий кузнец, чей один только мрачный взгляд обещал любому собеседнику неминуемые увечья.
Так, по крайней мере, должен был мужиков воспринимать мальчишка. А я видел другое. Мужики были рады уйти погулять с завода. Но явно тяготились тем, что придется сопровождать меня. Им бы граммов по двести водки, да поспать. Так что вид грозный, а грозы в мужиках нет, безоблачное небо.
Но это и была та самая обещанная поддержка от так называемых «товарищей». Моя личная, тяжеловооруженная пудовыми кулаками гвардия. Нет… пугала. Чтобы кто иной не пожелал отсыпать мне подзатыльники, да в окно не выбросить за дерзость.
Самое поразительное заключалось в том, как именно мужики здесь оказались. Ведущему инженеру никто даже словом не обмолвился, что эти люди покинут цех в разгар смены. А мастеру второго участка, откуда, собственно, и выдернули этих чудо-богатырей, кто-то из подпольщиков просто подошел и тихо, но веско поставил перед фактом: «Этот, этот и вон тот будут отсутствовать». Всё. Как говорится, в журнале прихода-ухода не отмечать, рот широко не разевать, а то, не ровен час, муха влетит. Или кирпич.
Глядя на эту молчаливую, угрюмую силу, могло сложиться стойкое, пугающее впечатление, что на самом деле этим огромным заводом руководит вовсе не директор Скорняков, и даже не главный инженер, а вот эти самые безликие «товарищи», чьи имена передаются шепотом. Невидимая сила, связываться с которой не желал ни один здравомыслящий надсмотрщик.
Я перевел взгляд с гигантов на съежившегося мальчонку.
— Я просил Игната, чтобы он прислал мне толкового человека. Того, кто в подробностях расскажет мне про господина Буримова и про мужа почтенной Матроны Адольфовны. Ты ведь мне об этом расскажешь, друже, раз он тебя и прислал? — предельно мягким, участливым, почти бархатным голосом спросил я, склонившись к пацану.