Волконский слушал, не перебивая, только изредка кивал. Когда Глеб дошел до Кристины, он чуть приподнял бровь.
— Девушка, которую ко мне направили на обучение? С даром внушения?
— Она знала про больное колено Лихачевой, — ответил Глеб. — Этой информации не было в открытых источниках. Кристина увидела её благодаря своему дару. Она увидела и утомление Николая Захарова, она знала расписание его дежурств и планы больницы. Мы подозреваем, что она и есть та, кто совершил нападения. Ее контролируют артефактом. Специально усилили ее способности, чтобы на нее обратили внимание. Чтобы ее отправили к вам.
Волконский смотрел на Глеба с непроницаемым лицом.
— Ко мне? Зачем?
— Вы — Волконский, — я подала голос впервые за вечер. — Ваш род входит в ту семерку. Вы — одна из целей. Кристину везут к вам, как троянского коня. Кукловод знал, что рано или поздно на ее дар обратят внимание. Знал, что ее отправят к лучшему менталисту. К вам.
В камине треснуло полено, выбросив сноп искр. Волконский смотрел на меня, и я видела, как в его глазах происходит работа — он сопоставлял факты, проверял, искал нестыковки.
— Я не верю вам до конца, — честно сказал Волконский. — Но обещаю быть осторожнее. Завтра у нас начинаются уроки с Кристиной. Я присмотрюсь к ней внимательнее.
— Этого недостаточно, — начала я, но он поднял руку, останавливая меня.
— Это всё, что я могу обещать на данный момент. Если вы правы, время покажет. Если нет — я не буду поднимать панику из-за ночного визита незнакомцев.
Я хотела возразить, но в этот момент дверь кабинета открылась.
Мы обернулись. В проеме стоял Август. На нем была та же одежда, что днем, только без пальто.
— Дядя, я слышал разговор, — сказал он. Голос спокойный, ровный. — Можно мне вмешаться?
Волконский кивнул.
— Это мой племянник, Август.
Он прошел в комнату, сел в кресло напротив меня.
— Виктория Захарова-Воронова, — произнес он. — Мы уже встречались сегодня.
— Захарова, — поправила я. — Я вернула девичью фамилию.
— Простите, Захарова. Я изучил ваше досье вдоль и поперек. Хотите знать, что я там нашел?
Я молчала, глядя ему в глаза.
— До последнего времени вы были идеальной светской пустышкой. Дорогие наряды, скандалы в клубах, никакого интереса к работе. Купленный диплом, фиктивная должность в клинике мужа. Типичная жена олигарха, каких сотни.
Я молчала, глядя ему в глаза.
— А потом — резкий разрыв шаблона. Вы не просто подали на развод — вы провернули операцию, достойную профессионального шантажиста. Фотографии, записи, адвокат наготове, идеальный момент. Откуда у избалованной куклы такие навыки?