«Сотни. Может, тысяча. Зависит от силы жертв. Если в одном месте собрать достаточно смертей — ритуал сработает».
Тишина длилась несколько секунд. Потом Август написал:
«Он может использовать это».
Мы понимали, что сейчас, после видеопредупреждения, Михаил может использовать этот способ. Его план рушился на глазах — публичность мешала, информация расползалась, остров начинал сомневаться. Ему нужно было форсировать события.
«Нам нужно что-то сделать, — написала я. — Ждать больше нельзя».
«Согласен», — ответил Август.
«Нужен план», — добавил Глеб.
«Встречаемся завтра утром у Волконского, в десять», — написала я.
Все ответили согласием. Я отложила коммуникатор и посмотрела в окно. За стеклом темнело, вдалеке зажигались огни города.
Но мы не успели придумать план.
На следующее утро я приехала в клинику пораньше, чтобы до встречи у Волконского успеть забежать в отделение и проверить одного пациента. В холле было пусто, только дежурная медсестра зевала за стойкой.
В ординаторской я увидела Кристину.
Лицо у нее было бледное, глаза — странные, пустые. На мне она остановила взгляд, но в этом взгляде не было узнавания.
— Кристина? — я шагнула внутрь. — Ты чего здесь? Ты же должна быть у Волконского.
Она не ответила. Только смотрела сквозь меня.
— Виктория, — сказала она. Голос звучал ровно, без интонаций. — Нам нужно обсудить наше стажерство с директором. Александр Петрович ждёт нас в своём кабинете.
Я нахмурилась.
— Обсудить стажерство? Сейчас? Кристина, — я подошла ближе, заглянула ей в глаза. — Что с тобой?
Она моргнула, и на секунду в её взгляде мелькнуло что-то человеческое — испуг, растерянность. Но потом лицо снова стало гладким, пустым.
— Всё в порядке. Пойдём.
Я поняла. Её снова контролируют.
— Хорошо, — сказала я. — Подожди минуту, я только переоденусь.
Я быстро надела жилетку с камерой. Проверила, работает ли. Потом достала коммуникатор и написала в общий чат:
«Кристина ведёт меня к Александру. Что-то не так. Запускаю прямой эфир».
Отправила. Убрала коммуникатор в карман.
Мы пошли по коридору к кабинету Александра. Перед самой дверью я достала коммуникатор, включила камеру и запустила прямой эфир. Потом быстро сунула аппарат в кадку с фикусом, стоявшую у стены.
— Идем, — сказала Кристина. Голос все тот же — ровный, мертвый.
Я выпрямилась и вошла в кабинет.
Александр стоял у окна, спиной к двери. Услышав шаги, он медленно повернулся.
— Виктория, — сказал он. — Как вовремя.
Кристина вошла следом. Александр шагнул к двери и быстро запер ее на массивную задвижку. Щелчок прозвучал в тишине как выстрел.