— Трое.
— Что?
— Трое из них, — он ткнул пальцем в блокнот, — имеют родство с кем-то из семерых – тех магов, что проводили ритуал Завесы над островом некромантов.
Я перегнулась через стол, пытаясь увидеть, на что он показывает.
— Смотри, — Глеб повернул блокнот ко мне. — Первая жертва в нашем мире — официант. Он также был дальним родственником Демидовых, одного из тех семерых, что проводили ритуал над островом. Я знаю это, потому что в моем мире он пытался получить доступ к деньгам их рода. Была знатная шумиха в прессе.
Он перевернул страницу.
— Вторая — Лихачева. Я знаю её – мои родители работали с ней, заказывали портреты. Её бабушка по материнской линии была из того же рода, что и один из семерых – род Плещеевых.
— Кто третий?
— Соболев. Его мать была из рода Голицыных, он сам этим хвастается везде, где только можно.
Глеб откинулся на спинку стула.
— Остальные — скорее всего тоже родственники кого-то из той семёрки, что проводила ритуал Завесы над островом сто лет назад.
Я молчала, переваривая информацию. Кофе в моей чашке совсем остыл.
— Это облегчает поиски, — сказал Глеб. — Если мы знаем, кого искать, мы можем попытаться вычислить следующую жертву. Предупредить, защитить.
— Почему мы не можем обратиться с этим в службу безопасности? — спросила я прямо.
Глеб усмехнулся. Улыбка вышла кривой, безрадостной.
— В прошлом мире убийца имел прикрытие от кого-то из системы правопорядка. Я не знаю, кто это был — высокопоставленный чиновник или кто-то из магической инспекции. Но каждый раз, когда следствие подбиралось слишком близко, происходило что-то, что сбивало его с пути. Улики исчезали, свидетели замолкали, дела передавали другим отделам. Если здесь та же схема, мы сунемся в службу безопасности — и через час о нашем разговоре будет знать тот, кому не надо.
— Значит, действуем сами.
— Сами, — кивнул он. — Но найти информацию будет сложно. Очень сложно. Мне нужны данные о родственных связях тех семерых, что проводили ритуал. Кто их потомки, где живут, чем занимаются. В открытых источниках этого нет.
— А в закрытых?
— Единственный путь — мой родовой архив.
Я подняла бровь.
— Твой?
— Мои родители умерли, когда я был ещё ребёнком, — сказал Глеб. Голос его звучал ровно, без эмоций, но я заметила, как дрогнули пальцы, сжимающие чашку. — Других родственников у меня нет. Но мои предки занимались магической геральдикой. Составляли родословные для знатных семей, вели учёт браков, рождений, смертей. В нашем фамильном доме, в старом поместье под Невоградом, хранится огромный архив. Если где-то и можно найти информацию о потомках тех семерых, то только там.