— А почему бы и нет?

— Мы в тюрьме, не забыл?

— Ты зря рвёшься на волю, — даже в темноте Андрей различил как Захаров усмехается.

— Ещё скажи, что за забором хуже.

— Что ты там будешь делать, Андрей? Никогда не задумывался? Ну выпустят тебя. Будут регулярно колоть блокатор, запретят встречаться с другими психотами. И что? Ты, уж прости, или сопьёшься, или сорвёшься с привязи. Хочешь закончиться побыстрее?

— Иди нафиг. Я свободы хочу…

— Что ты с ней делать будешь? У тебя нет цели, на что ты её употребишь? Можешь сказать?

— Да какая разница!

— Огромная. У свободы есть смысл, когда знаешь куда её применить. А ты? Просто дёргаешься, как муха в паутине. Вырвешься, будешь метаться и снова вляпаешься.

— Это моё дело.

— Ты мой друг, Андрей. Мне не всё равно, что с тобой будет. Хочешь жить — найди ради чего. Идею, мечту, что угодно. А не просто дёргайся в капкане, отгрызая себе лапу. Истечёшь кровью и помрёшь.

Андрей не ответил. Отвернулся, закурил, вглядываясь в огни на стене периметра. Захаров терпеливо ждал.

— Вань, какая может быть цель? «Чёрные» победили. У нас нет будущего. Ничего нет. Только эти чёртовы палатки, в которых смердит мертвечиной.

— Они не смогут победить нас до конца, пока мы живы. А значит есть шанс всё изменить.

— Как?

— Мы что-нибудь придумаем, обещаю.

— Прости, я тебе не верю. Мы оглохли, больше никакого эфира не будет. Все чудеса умерли.

— Вставай. Сейчас покажу кое-что.

Идти пришлось в самый центр лагеря, там, где стояла их палатка.

— Нет, мы не сюда.

Захаров не дал войти внутрь. Достал из кармана зажигалку. Высек крохотный огонёк, склонился к земле.

— Смотри.

— На что?

— На траву. Ничего не замечаешь?

Андрей скептически хмыкнул.

— Теперь иди сюда.

Они отошли на десяток метров, и Захаров снова подсветил у земли.

— Ещё раз смотри, только внимательно.

— Нет тут ничего.

— Ты слепой, как и остальные.

— Хватит загадок, просто скажи мне, и всё.

— Там, в центре, глаз «вихря» пси-массы. Помнишь, как тебя мучили кошмары от него?

— Ну?

— Мы изменили ситуацию, психоты получили надежду и вихрь тоже поменялся. Что тебе снится сейчас? Даже трава это чувствует — в центре она прёт как на удобрениях. Завтра будешь идти, обрати внимание.

— Это ничего не доказывает.

— Наоборот. Блокатор — дырявое решето. Пси-масса сочится наружу, как и раньше. Просто мы не умеем работать с ней на других диапазонах. Понимаешь?

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Мне нужно время, чтобы найти способ. Обещаю, мы сможем сломать блокатор. Я отыщу дырку и научу тебя.

Андрей очень хотел поверить. Иван никогда не врал, и он почувствовал маленькую искру надежды.