— Правильно. Тебе нужен длительный отдых.

— Я хотел попросить, дядь Паш. Мне нужен подходящий рейс, где никто не побеспокоит.

— Да, точно. Попробую помочь. Набери через час.

Андрей отключил телефон и спрятал в карман. Дядя Паша не подведёт. Старик не бросает своих, никогда. А с его возможностями легко найдёт, как проскользнуть мимо ловушек.

Ожидание тянулось безвкусной жевательной резинкой. Андрей успел сделать кучу вещей: купить шаурму в ларьке; съесть до половины; обляпаться соусом; ругаясь, оттереться салфеткой; и под конец уронить оставшийся кусок, где его сразу подхватила уличная собака.

— Ешь, Шарик, или как там тебя. Лопай, твоё счастье.

На часах стрелка добежала до заветной цифры. Андрей нетерпеливо набрал номер.

— Слушай и запоминай, — дядя не дал вставить даже слово, — рейс через два часа. В это время будет пересменка, ты сможешь проскочить. Подойдешь к справочному бюро и попросишь пакет на имя Ахиллес. Там билеты и новый паспорт. Запомнил? Удачи, мальчик.

В трубке поплыли гудки. Андрей облегченно выдохнул. Кажется, этот кошмар скоро закончится. Он поднял руку. Такси, с жёлтой полосой на пыльному боку, взвизгнуло тормозами и вильнуло к обочине.

В аэропорту было прохладно и тихо. Даже семья с маленькими детьми, устроившись табором на железных креслах зала ожидания, старалась не шуметь. Улыбаясь, Андрей подошёл к окошечку за стеклянной стеной.

— Добрый вечер. Мне должны были оставить пакет. На имя “Ахиллес”.

— Здравствуйте, — девушка с той стороны, улыбнулась в ответ, — сейчас посмотрю.

Андрей, с лёгким нетерпением барабанил пальцами по стойке.

— Простите, ничего нет.

— Как нет? Проверьте ещё раз! Он точно должен быть. Я уверен…

Воздух за спиной вздрогнул. По аэропорту катилась жгучая, горькая как полынь, волна инфразвука.

Андрей закричал. Неистово, пытаясь унять вспенившуюся пси-массу.

Он упал на колени. Обхватил живот руками. До скрипа сжал зубы. Держать!

Волна спала. Чтобы уступить место следующей.

Держать!

Пси-масса рвалась наружу. Как пьяный матрос выбивает дверь борделя, закрытого в неурочный час.

Держать!

Струйки пота змейками тянутся по лицу.

Держать!

Вкус горькой желчи во рту. Пальцы до крови впиваются в кожу.

Держать! Держать…

Перед глазами плывёт. Аэропорт раскачивается, как от землетрясения. Пол с размаху бьёт в лицо. Из носа течёт горячее.

Он смог. Удержал пси-массу. Запер её внутри, совершив маленький подвиг.

Когда инфразвук отключили, он испытал экстаз. Даже люди в чёрной форме, окружившие Андрея, не могли разрушить ощущение счастья. Даже наручники, защёлкнувшиеся на запястьях. Даже инъекция, сделанная в шею. Он, бесчувственный, висел на руках бойцов ЧиКа и улыбался. Ещё не зная, чем обернётся пробуждение.