А несколько вдохов иногда стоит жизни.
Я убрал печать очень бережно.
Вторым был футляр с чёрной иглой.
Игла оказалась тонкой, почти невесомой, сделанной из материала, похожего на обожжённую кость и металл одновременно. Внутри неё пряталась слабая Ци. Не атакующая напрямую, а проникающая. Такая вещь не пробьёт хороший щит в лоб, зато если попадет, то убьет наповал.
Против честных людей мерзкая вещь.
Против нечестных — справедливая.
В мире культивации это почти универсальный артефакт.
Третьим я взял флакон с серебристой жидкостью.
Едва коснулся пробки, как пальцы закололо. Внутри плавала не вода, а что-то вроде сгущённой росы мечной Ци. Очень малая порция, но плотная. Судя по ощущению, её можно использовать для временного усиления мечевого артефакта, для очищения небольшого фрагмента духовного металла или для рискованного укрепления меридианов.
Последний вариант меня заинтересовал больше всего.
И испугал.
Потому что всё, что способно укрепить меридианы, обычно также способно их разорвать, если человек слишком жаден, слаб или уверен, что боль — это всего лишь мнение тела.
Я убрал флакон отдельно.
Не в общий мешок. Не к артефактам. Рядом с вещами, которые могут однажды помочь мне прорваться к четырнадцатому уровню.
Площадка опустела.
Две статуи превратились в каменный мусор.
Три сокровища стали моими.
Я ещё раз проверил карту. До третьей отметки было не так далеко, но после случившегося желание бежать сломя голову заметно уменьшилось.
Первый клад охранял лес.
Второй — две статуи, которые можно было победить словами, если быть достаточно неприятным человеком.
Что охраняло третий, я даже не хотел угадывать.
Ши Юэ выскользнул из рукава и снова превратился в чёрный меч с серебряными прожилками. Его злые глаза у гарды блеснули с таким энтузиазмом, будто происходящее было лучшим путешествием в его жизни.
Наверное, так и было.
Для него.
Я встал на клинок, ещё раз посмотрел на груды камней и покачал головой.
— Запомни, Ши Юэ. Если когда-нибудь станешь охранять мои сокровища, не соглашайся на испытания с вопросами.
Меч под ногами довольно дрогнул.
— И убивай всех, даже если ответ правильный. Шиш им, а не мои артефакты.
На этот раз он, кажется, был еще более доволен.
Плохой знак.
Мы поднялись над площадкой и снова полетели по направлению к месту культивации.
Ветер ударил в лицо. Серый мир раскрылся впереди дорогами, лесами, развалинами и чужими испытаниями. Где-то там ждали ещё две отмеченные картой возможности. Где-то дальше мерцал переход, который мог бросить меня выше, глубже или прямо в пасть тому, что даже статуи назвали бы плохим вариантом.