Незнакомец, помоги мне, я не знаю, что делать.

Чудовище делает выпад, и я бросаюсь на землю, чтобы избежать его клыков, а плечо с глухим стуком ударяется о камень при перекате. Боль вырывает у меня крик, но я не останавливаюсь, пока снова не встаю на ноги. Мое покрытое шрамами бедро горит огнем, но крокодилий хвост рассекает воздух с такой скоростью, которой не должно быть у столь крупного животного. Я едва успеваю заметить его, как он врезается мне в живот, отбрасывая меня через всю пещеру. Я падаю на бок с такой силой, что вывихиваю плечо, и кричу, когда левая суставная сумка со щелчком выскакивает из гнезда. В глазах темнеет, но ничто не может скрыть размеры монстра, надвигающегося на меня. Я жалею, что удар не лишил меня сознания. Я не хочу чувствовать, как мои кости хрустят у него на зубах, когда он будет поглощать меня.

Боль слишком сильна, чтобы сопротивляться, но даже будь я здорова, чаши весов в этой битве склонились не в мою пользу. Возможно, именно поэтому Незнакомец мне не ответил. Он знает так же хорошо, как и я, что моя жизнь была обречена в тот самый момент, когда хвост схватил меня за ногу.

Грохочущие шаги твари сотрясают землю, и хотя мне следовало бы заставить свое изнывающее тело подняться и бежать, затуманенный взгляд приковывает к себе золото. Оно сверкает в бледном свете, и я смотрю на него, зачарованная этой красотой. Я не могу оторвать глаз. Оно не отпускает меня. Возможно, это мой разум пытается избежать неизбежного, или же…

Мой взгляд фокусируется на объекте, и слова Незнакомца всплывают в памяти.Ты говоришь, что боги оставили тебя, но твое лицо горит меткой Лавека. Незнакомец всё же ответил мне. Он указал мне путь к спасению, и я бросаюсь на возвышение из золота. Оно выше самого монстра — холмы сокровищ тянутся бесконечной грядой, но мои глаза выхватывают лишь один предмет, способный спасти мне жизнь. Это изысканное произведение оружейного искусства, усыпленное бесценными драгоценными камнями, но привлекает меня вовсе не это. Меня манит полированное лезвие, выступающее из эфеса. Меч, такой же острый, как в день его ковки, торчит на вершине третьего золотого холма. И если я сумею добраться до него…

Лавек, благослови мою охоту . Я не добыча. Я — охотник.

С бесполезной левой рукой я карабкаюсь по грудам монет, используя правую, чтобы толкать себя вверх. Неустойчивая поверхность уходит из-под ног, но я не отступаю. Чудовище бросается на золото позади меня, но осыпающиеся сокровища не выдерживают его веса. Основание под ним рушится, отправляя его скользить обратно к каменному полу. Лавинообразный спуск угрожает моему равновесию, но я уже почти у первого гребня. Не обращая внимания на травмированную руку, я перебрасываю тело на другую сторону и скатываюсь вниз, а вывихнутое плечо пронзает невыносимая боль.