— А это у тебя спросить надобно, супруга. Неужто Изначальный Огонь не тронул?

Ежели и был удивлен, виду не подал. Прошел ближе, за подбородок взял, лицо мое повертел из стороны в сторону, будто проверить решил, не привиделась ли ему.

Тряхнула головой, высвобождаясь.

— Как видишь — не тронул. Я думала, что жизнь свою отдала, что не увидеть мне больше белого света… — Отшатнулась от него, прижала к груди руки, умолкла. Сердце, казалось, сейчас из груди выскочит. Да и было отчего. С жизнью своей вчера попрощалась. — Или… снова… надобно повторить? — последнее слово почти прошептала, мучительно краснея. Не знала, достанет ли сил еще раз в обрядовый зал спуститься.

— А тебе бы хотелось? — вздернул бровь.

Еще и смеется надо мной, проклятый!

Решив не поддаваться, спросила:

— Бывало такое прежде?

Вздохнул и кивнул.

— Единожды.

Вскинула голову с надеждой.

— И где та девица? Или позже ее Изначальный Огонь прибрал?

На миг отвел глаза, словно раздумывая, что ответить, но когда снова взор на меня обратил, невозможно было понять, правду ли говорит.

— Прибрал, да не Изначальный Огонь.

Вспомнила могильный камень неподалеку от яблоневого садика и имя на нем высеченное — «Веста»…

— А кто ж тог… Ай! — поморщилась, почувствовав, как кожу на предплечье жжет. Схватилась на него, растерла.

Вздрогнула, когда хозяин вулкана сделал шаг, ухватил меня за руку, стянул рукав платья повыше.

— Покоя мне не дает с того часа, как из пламени вышла, — прошептала жалобно.

Точно такую же у супруга своего вчера приметила — вился огненный завиток, искрился, норовя кожу выжечь. Но стоило хозяину вулкана до него дотронуться, боль ушла. Завиток так и продолжал сиять, вот только теперь спокойно, словно усмирил его хозяин вулкана одним своим прикосновением.

— Брачная метка это, — ответил, тяжело сглотнув. Пальцы его по коже моей так и порхали, обводя огненные яркие витки. Ласково почти. — Потому и моя жглась. Связаны мы с тобой теперь, девица.

— Связаны? — губы едва шевелились, настолько пересохли.

— Брачной клятвой. И меткой.

— И что же дальше? — хрипло спросила. Голос будто издалека откуда доносился.

— А ничего, — ответил, качнув головой. — Здесь будешь жить. В горе этой. Со мной. Сколько Изначальный Огонь отпустит.

Жить здесь⁈ С ним⁈

Тряхнула рукой, отшатнулась.

— Ты на меня, хозяин вулкана, не сердись, но жить с тобой не желаю. Я сюда шла, чтоб умереть. А раз выжила, позволь мне обратно — к своим — в селение вернуться. Там и умру спокойно среди тех, кто мне дорог. Хоть эту малость мне разреши.

Нехорошо усмехнулся хозяин вулкана, сложил на груди крепкие руки и смотрел почти с жалостью.