Уголек из горнила достал, в петлю дверную засунул. Теперь хозяину вулкана хочешь не хочешь, а придется силу-то приложить — работал он всегда при плотно закрытых дверях.
Довольно ладони потирая, Огневик в кухоньку вернулся и в печь залез. Заслонку задвинул, чтоб от сквозняка уберечься, и принялся ждать.
До утра все тихо было, а на рассвете, как обычно, хозяин вулкана в кузню прошел. Огневик от нетерпения так в печи ворочался, что угли все разворошил, уж больно ему увидеть хотелось, как хозяин вулкана станет с дверью воевать. А потом услышал треск да грохот. После все стихло.
— Пора, что ли, того-самого, — проворчал и в кузню огненным шаром покатился.
Сейчас он, значится, к хозяину вулкана спустится, — тот шишку себе уж здоровую набил, знамо дело, но Огневика простит, как с девицей помирится, — затем за хозяйкой сходит, чтоб сказать, мол, в беде супруг ваш. Девица отказать не сможет, сердобольная потому что — вон как за детишек из сиротского дома каждый раз Огневика просит, чтоб снеди им отнес.
— А потом-то и о празднике можно будет речь завести, — тихонько дух бормотал, пока спускался. — А уж ежели… — осекся на полуслове, когда груду камней у распахнутых дверей увидел, а под ними хозяина вулкана недвижимого. — Хозяйка-а-а-а! — заголосил Огневик, перепуганный не на шутку, и так по лестнице наверх припустил, что за ним на ступеньках след закопченный оставался.
Глава 24
— Ой! — вскрикнула, выронила из рук платье, что надеть собиралась, и от боли согнулась, почувствовав, как предплечье зажгло. Словно огненные вилы в плоть воткнули да провернули. Сдвинула рукав рубахи ночной, чтоб метку увидеть — она раскаленной была, будто от гнева налилась.
— Хозяйка-а-а-а!!! Того-самого!!!
Испуганно обернулась, когда дух в покои влетел. Огненным шаром пронесся и замер напротив. Неужто почуял, что мне плохо?
Дух, однако, мои домыслы вмиг разрушил.
— Беда стряслась, хозяйка! — завопил. — Ой, горе мне, горе!
— Огневик, Редрика позови, молю, — от боли едва слышала духа. Неужто хозяин вулкана куда из горы ушел, раз метка словно с ума сошла?
— Так с ним и беда, хозяйка! Помощь ему нужна! Скорее! — Огневик из покоев вылетел, только и видела, как искры от него разлетаются в стороны.
Шипя от жгучей злой боли, руку к телу прижав, за ним припустила. Перед глазами все плыло, но знала, что раз мне так больно, то, выходит, и хозяину вулкана не легче.
— Огневик! — едва не прорыдала вслед бегущему впереди духу. — Что стряслось-то?
— Камнями засыпало его в кузне! А все я виноват! Тут молоточком постучал, там постучал, вот и настучал! Кто б по голове моей глупой стукнул, в которую такие мысли приходят!