Провела пальцами по вышивке на рубахе. С ней сразу не задалось, хотя вышивать Алана любила и делала это умело, а тут то нитку порвет, то стежков кривых наляпает, а то и вовсе палец иглой уколет да ткань беленую перепачкает.
Вскинула голову, когда скрип лестницы заслышала, а вслед за тем и гулкий голос батюшки:
— Дочка, ну-ка объяснись: это почему Арвир со своими дарами свадебными ушел?
Алана только губы упрямо сжала и поспешно распахнула окно.
* * *
Снаружи Арвир услышал, как ставня наверху скрипнула. Вскинул голову, увидел, что в светелке Аланы. Самодовольно усмехнулся. Передумала. Он и не сомневался. Ну уж он Алану проучит, заставит переживать. Она у него попляшет, да так, что Алый Танец шуткой покажется! Чтоб урок выучила, как перед женихом своим нос задирать. Чтоб запомнила, как с ним, будущим мужем, обходиться следу…
Додумать не успел, как мелькнули ее руки, а потом сверху вспорхнуло что-то светлое, будто крылья расправились, только не полетело, а ему под ноги упало. Рубаха. Та, которую Алана вышивала. Дар ему свадебный. Злость разобрала, когда увидел, что вышивка не закончена, а та, что есть, и вовсе вкривь да вкось идет.
Сверху хлопнули ставни. Арвир поддал рубаху ногой и направил стопы к своему дому.
— Пожалеешь еще, Алана, крепко пожалеешь, когда я над хозяином вулкана верх возьму, — зло цедил слова. — Вот тогда поглядим, как ты нос от героя воротить станешь!
Глава 22
Огневик из очага выбрался, побродил по непривычно пустой кухоньке, тяжко повздыхал и затопал по лестнице. Уж четвертые сутки пошли, как девица с хозяином вулкана не разговаривала и не готовила. Сидела в своих покоях, гуляла по саду, а вечерами ходила на огни селения родного смотреть. Огневик тогда с ней спускался.
Знал дух, что хозяин вулкана сделал. Знал он также и что девица сделала. Той же ночью все ему рассказала, когда в кузне хозяина погром учинила. Огневик только головой качал, наблюдая, как она по спаленке своей мечется да хозяина вулкана на разные лады недобрыми словами поминает. Огневик, однако ж, с выводами не торопился. Ведомо ему было, что ничего запросто так хозяин вулкана не делает. Только вот мысли свои он при себе держать привык.
— Э-хе-хех, — протяжно вздохнул дух, когда припомнил, как девица хозяина вулкана называла поджигателем подлым, а потом и вовсе духу велела оставить ее.
Пробовал Огневик и с хозяином вулкана разговор завести, да только все еще хуже вышло. Хозяин вулкана в кузне своей пытался порядок какой-никакой навести и в ответ на слова духа, что «Помириться бы, того-самого, надобно», буркнул что-то про упертых девиц, Огневика из кузни выставил и заперся там. Дух его и не видел почти, слышал только, как день и ночь молот стучал.