— … Наших бьют! — а это уродец добежал до двери склада.
Б…ть. Укрытие у меня было так себе, и… без всяких «и»! Нашарив метатель, упирающийся мне рукояткой в спину, я стараясь не показываться из-за живого бруствера, направил ствол примерно в направлении стрелков и выжал спуск. Грохот близкого разрыва ударил по ушам, Печать запульсировала, нагнетая Стихию к барабанным перепонкам. Вот теперь я рискнул выглянуть — и после этого уже не опасаясь, медленно поднялся на ноги. Шар огня прилично не долетел до стрелков, разорвавшись в воздухе, но всё же куда ближе к ним, чем ко мне. Это их спасло от прямого воздействия Стихии, но не от контузии — оба валялись на земле, прижимая ладони к ушам. Этих вычёркиваем. Я перевёл ствол в сторону дверного проёма как раз вовремя: оттуда высовывалась испуганная рожа горластого хмыря. Увидев направленный на себя магострел тот юркнул назад… и выкатился наружу от мощного пинка. Следующий вышедший за ним солдат сразу же оценил обстановку, рухнул на колени, глухо воззвав:
— Ваша светлость, не губите!
Надо же, как припекло, сразу признали во мне герцога.
— Все. На выход, — продолжая удерживать дверь на прицеле, приказал я, пинками отключая магическое воздействие у неформального лидера десятки наёмников и его двух, видимо, «офицеров». Н-да. Как там на моей Родине говорили? Понабрали по объявлениям? Твою мать. — Вы, четверо, тащите ко мне тех двоих. Живо! Лечить буду.
Энергичный жест «пистолетом» помог лучше всяких слов: четверо из складских сорвались на бег. Чёрт. А если бы метатель висел у меня на боку, как обычно, а не был передвинут за спину, конфликт вряд ли бы случился: эти гамадрилы из королевств, толком не ставшие Рубежниками, мне бы сходу кинулись сапоги целовать, как только офицер ушёл. Кстати, далеко уйти он точно успеть не мог, а взрыв наверняка вся застава слышала.
Твою мать… приехал на практику.
Глава 5−1
5.
— … Произошло случайное срабатывание механизма спуска оружия во время его демонстрации, — уже, наверное, в пятый или шестой раз повторил я.
— Не лей мне результат пищеварения в уши, ты… — Басс запнулся, и Фомоза вполголоса подсказал:
— Стажер Арн, товарищ капитан.
— … ты, стаж-жер!
— Десяток захотел ознакомится с редким образцом вооружения, и я пошел навстречу желанию сослуживцев, — и снова слово в слово спокойно повторил уже сказанное я. «Сослуживцы», стоящие рядом по стойке смирно никак кроме мимики выразить свое согласие не могли, но ей-то старались вовсю. Зависнуть в петле или получить самоубийственное задание им отчаянно не хотелось, кроме того я пообещал, что если со мной что-то случится — сдохнут они так и так. Мучительно и страшно. И ни капли не соврал: с отключенной поджелудочной железой, более не способной вырабатывать ни пищеварительные ферменты, ни жизненно-важный для управления сахаром в крови инсулин жить долго и счастливо ну никак не выйдет.