Дозорный и атаман завороженно смотрели на несметную силищу, которая шла уничтожать Кумарский острог.
«Надо же, как точно, — в очередной раз изумился беглец из будущего достоверности сидевших в его голове сведений. — Вчера только минул международный женский день — и вот он, Минандали нарисовался. Как раз к 13 марта он до Кумары и дойдет».
— Сколько же их там, Господи прости? — мелко крестился дозорный. — Цельная тьма!
— Да ну! — нарочито бодро отмахнулся Санька. — Ну, несколько тысяч всего. Не намного больше, чем наши под Ачанским городком разогнали.
— Не было меня под Ачаном, — вздохнул служилый. — Я опосля на Амур-реку пришел…
— Вот и меня не было. А казачки наши их в хвост и в гриву! Даже без нас! Представь, что теперь с нами выйдет!
Конечно, он привирал. Согласно источникам, у маньчжурского генерала Минандали была как раз тьма. То есть, десять тысяч воинов. Около тысячи настоящих богдойцев-маньчжуров, а остальные — местные народы. Войско это имело полтора десятка небольших пушек, зато ручного огнестрела — по минимуму. По счастью, корейские союзники-данники с мушкетами давно ушли домой.
В целом, для полка Кузнеца это войско стало бы серьезным испытанием в чистом поле, но вот крепость маньчжурам окажется не по зубам. Пушки малого калибра, сами маньчжуры привыкли к конному бою, а не лазанью на стены. Про местное ополчение вообще говорить нечего.
Собственно, что и подтвердила история. Санька точно знал, что Кумарский острог Минандали не захватит. Вообще, согласно официальным отчетам, русские в той осаде почти никого не потеряли. Это при том, что 20 казаков были захвачены и перебиты в первый же день, а сам острог подвергся многодневному обстрелу и двум штурмам.
«Что-то приказной там утаил» — вздохнул Дурной, но слишком об этом раздумывать не стал.
То, чего он так долго ждал, и к чему готовился последние полгода — случилось! А значит, пришло время действовать.
Дождавшись, когда бесконечная кишка богдойского войска, наконец, протащится мимо Темноводного, не заметив укрытого в глуби зарослей острога, он кликнул общий сбор. Тютя с пятеркой всадников отправились следить за войском, чтобы убедиться, что оно идет, куда следует. Всех осевших в острожке дауров и несколько казаков в тот же вечер отправили на север: звать союзников и Якуньку-ткача.
С Галингой и «северной федерацией» дауров Дурной договорился еще до зимы. Объехал все роды, говорил о возможном походе маньчжуров-богдойцев и предлагал совместную операцию против них. Разумеется, истинные размеры войска Минандали он скрывал, но дауры всё равно сомневались.