Рассказывать о моей жизни — долгий разговор, да и ни к чему он. Скажи мне: кто ты, шайтан Иван, на самом деле? Вижу я — ты не нашего мира. Думается мне, что ты странник. Мне дед о таких рассказывал. Был он ведуном вещим. Вот и у меня к старости выявилось это умение, на мою беду.

Старик буквально впился в меня своим проницательным взглядом.

— Не бойся, правда сия останется со мной.

Я молчал, размышляя над тем, что ответить хаджи Расулу. Слова застывали на губах — не столько от недоверия, сколько от внезапно нахлынувшего ощущения, что между нами больше нет места обыденной лжи.

— Я не порождение шайтана, я сам по себе. Этого достаточно. Зачем вы просили о встрече со мной?

На этот раз задумался хаджи Расул. В тишине очаг словно бы замедлил свой огонь.

— Меня мучают страшные видения, связанные с судьбой моего народа. Скажи, Иван: море крови, которое прольётся, скорбная дорога моих людей на чужбину… Неужели это всё правда?

Он не спрашивал — он искал подтверждения тому, что уже знал. В его голосе звучала не надежда на опровержение, а мужественная готовность принять правду, какой бы горькой она ни была.

Я растерялся. Неужели он действительно видит то, что отделено от нас десятилетиями? Великая Отечественная война, депортация, исход целого народа — всё это стояло передо мной, как если бы время вдруг утратило свою неумолимую последовательность. Мы привыкли считать пророчество вымыслом, но здесь, лицом к лицу с человеком, который носил в себе грядущие беды, как носит неизлечимую боль, само понятие времени казалось зыбким и обманчивым.

Я подумал: что важнее — оградить его от правды или ответить честно? Имеет ли право тот, кто знает будущее, изменить его или хотя бы разделить тяжесть этого знания с тем, кому оно предназначено? Старец смотрел на меня, и в его глазах я читал не любопытство, а ту особую, просветлённую печаль, которая бывает у людей, уже не принадлежащих ни одному времени.

— Я отвечу вам, уважаемый Расул. Судьба — это не прямая дорога, по которой человек обязан идти. Всевышний всегда оставляет за нами право выбора. Человек идет избранным путем, но, пользуясь этим правом, он несет ответственность за свои решения. Как и сейчас. Вы можете примкнуть к Хочару и сражаться до последнего воина, но тогда будьте готовы к тому, что солдаты придут в ваше селение, силой заставят вас подчиниться и накажут за те набеги, что устроил Хочар. Однако есть и другой путь: заключить мирный договор с военной администрацией и жить спокойно, как вы того пожелаете, признавая главенство российского императора. Никаких ущемлений вашей вере не будет.