Ятаган и пистолеты ждали под рукой, отягощая чуждым брутальным грузом рафинированно-хилую арабскую этажерку, уже охромевшую стараниями архе-профессора (к многочисленным грешкам мадмуазель де Монтозан следовало отнести и малообъяснимую неуклюжесть в быту). Но ничего не случалось. В каюте царила тишина, тихо позвякивала от едва ощутимой качки ложка в серебряном стакане — «Неаполь» дремал у причала. Вот там — на причале — было шумновато. Опять же ничего особенного: рутинная армейская организационная возня в преддверии грядущего сражения.
Флотилия занимала стратегическую позицию у причала деревушки Куах-эль-Сорхиер. Напротив, за рекой располагался практически одноименный городок Куах — туда корабли не пошли из тактических соображений, ибо «город наводнен вражескими шпионами». Едва ли шпионов за реку набежало больше чем сюда, но командованию виднее. Флотилия прикрывала тылы дивизии — полубригады и кавалерия Дезе готовились к решительному бою с мамлюками. По слухам, неукротимый Мурад-бей намеревался не допустить взятия французами Луксора. Поговаривали, что немногочисленная, но чрезвычайно воинственная армия мамлюков и их союзников поклялась умереть, но не отступить. Французы приветствовали столь решительное поведение противника, поскольку гоняться за всадниками по берегам и пустыням выглядело делом заведомо утомительным и малоперспективным. Некоторую проблему составляло то, что штаб Дезе по-прежнему весьма приблизительно представлял истинные настроения и планы врага. Тем не менее, войска готовились к битве. Тыловую флотилию от Луксора отделяло всего один-два дневных перехода…
Но день-два в шпионском деле — довольно серьезный срок. Сейчас-то что так напрягает? Катрин яростно потерла короткие волосы на макушке — прядки чуть слиплись, хорошо, что недлинные, и так чучело-чучелом. Что за предчувствие? Сон? Сон — пустое. В смысле не пустое, понятное и плотское, да хрен с ним. Откуда страх? Вейль? Не иначе он, паскудник твердоголовый.
Шпионка скатилась с постели. Одежда, оружие…, можно обойтись без походной громоздкой кобуры… Верить предчувствиям глупо; не верить, когда из честных спутников при тебе только оно, предчувствие, и имеется — еще глупее. Встревоженная суетой Дикси спряталась за подушку и сурово заскулила из своего душного окопа.
— Сиди, охраняй!
Накидывая опротивевшую абайю, Катрин выскочила на палубу. На «Неаполе» было немноголюдно — почти все на берегу. На нервную пассажирку с недоумением уставилась пара часовых, вооруженных ружьями с примкнутыми штыками.
— Извиняюсь, граждане стрелки, мне срочно нужна… — Катрин хотела вытребовать подзорную трубу, дабы обозреть «Шеп», стоящую у дальнего причала и наполовину заслоненную иными «транспортно-боевыми» дахабьями, но тут же увидела бредущего мимо зернового склада шефа. Вейль явно направлялся в деревню, вид у него был сонный и сугубо прогуливающийся, что, конечно, ни о чем не говорило. … — Мне срочно нужно на «Легкую Шеп», — закончила противоречивую мысль архе-зэка. — Гражданка Ученый Секретарь давеча наказывала, а я чуть не проспала.