Потом Катрин пила воняющую чем-то противным воду, пропитанный конской кровью рукав прилипал к руке. Перестрелка, не успев разгореться, как-то сразу стихла.
Шеф, вполне себе не убитый и уже освоившийся на холме, помог снять бронежилет, не особо уверенно осмотрел спину соратницы:
— Кровоподтек впечатляющий, но крови и торчащих костей нет.
— Дрянные пистолеты, — подтвердила Катрин — дышалось ей с трудом, а о покашлять и вообще страшно было подумать.
— Насчет пистолетов и вообще оружия вы были глубоко правы, — завздыхал Вейль. — В дробовике раздуло гильзу, я так и не смог выбить. Револьверы… Из двенадцати патронов в дело ушло только четыре. Прямо не знаю что и думать.
— Обошлось, — девушка осторожно сплюнула и попыталась рассмотреть, нет ли в слюне красного.
— Ничего страшного, у вас очень здоровый организм, — обнадежил шеф. — В отличие от головы. Я вам говорил, что необходимо оставаться живой и работоспособной? К чему было так рисковать? Меня могли просто затоптать копытами. Это несерьезно, Катрин, нужно быть поосторожнее. Кстати, пропавшие барки подходят, скоро рассвет, высадится подкрепление. Нет, определенно, эти скачки, эта сомнительная эстетика варварских поединков — глубоко излишнее. Правда, вы теперь любимица 21-й легкопехотной полубригады. Да и драгуны, наверняка, поголовно в вас влюблены. С холмов ваш блистательный подвиг был отлично виден. Признайтесь, вам в цирке доводилось выступать?
— Нет. У меня квалификация низкая. В цирке животные не гибнут.
— Да, лошадку жалко, — равнодушно согласился шеф, наблюдая за рекой. — Давайте вы пока отдохнете и не будете глупить. Кажется, ветер меняется. Возможно, наша «Шеп» сама снимется с мели. Что-то я за переводчицу волнуюсь. Она ценный работник, причем никуда не скачущий. Вы отдыхайте, отдыхайте…
— Я отдохну. Слушайте, а здесь ни у кого нет вина или, скажем, кальвадоса?
— Боюсь, если что и было, уже выпито. Ночь выдалась беспокойной, многие вымокли в реке. Да и зачем вам алкоголь? Вы и так достаточно сумасшедшая.
[1]Сиут (араб. Асьют) — город в среднем течении Нила.
[2](араб.) Господин, дай денежку!
Глава третья. Речная прогулка и древности
"Генетика — продажная девка империализма». Фраза яркая, но категорически неверная. Во-первых, сказано это было не там, и не тогда. Во-вторых, девки у империализма кончились. То, что сейчас пытаются втюхать вместо девок — откровенный гендерный неликвид. Но вернемся от причудливых гримас человечьей секс-контрреволюции собственно к генетике. Многообещающее направление! И нам, товарищи студенты, нельзя пускать дело по течению. Но как подсечь эту скользкую рыбину?