Перстень сел на средний палец просто идеально. Бывшие археологи полюбовались, и младший научный сотрудник не без некоторой зависти сказал:
— Изящная вещица. И вообще, Катрин, как это у тебя получается? Ведь мировоззрением и антропологическими параметрами ты абсолютно чужда этим местам, но вписываешься почти идеально. Может, закинешь профессора да вернешься? Видно же, что ты здесь гораздо уместнее, чем в том грядущем злосчастном, вонючем, и противоестественном веке. Асуан через пару лет отстроится, место здесь многообещающее, живописное…
— Прекрасное место. Но я не задержалась и в краях, гораздо более подходящим «моим антропологическим параметрам». Увы-увы, мне пора, — архе-зэка отдала перстень и разоружилась. Клинок и «англичан» оставлять было жалко, но что поделаешь. Повесит Морэ-бей стволы и ятаган на ковер, будет многочисленным внукам показывать.
Алекс ахал, обещал упаковать перстень-подарок надлежащим образом (метросексуальные привычки бывшего научного сотрудника трансформировались, но не исчезли, что, несомненно, облагородит нравы настрадавшегося Асуана), двор наполнился молодыми гаремными дамами и их нежным щебетом. Давненько Катрин не провожали с таким энтузиазмом.
Серьезный молчаливый карлик сопровождал гостью. Толковость некоторых людей угадывается с первого взгляда — задачу «младший кузен» уловил вмиг. Действительно, обжились мы на границах Египта, вон сколько полезных знакомств…
* * *
… — Несомненно, мой долг вернуться и поделиться уникальными научными открытиями с международным научным сообществом, поскольку люди науки не мыслят себя без науки и серьезные научные интересы… — язык Камиллы заплетался, и вообще она не казалась ощутимо посвежевшей. — Начинаем сборы! Вы, Катарина, займетесь упаковкой материалов, я приведу в порядок записи и дневники.
— Наука — это святое! — заверила архе-зэка, не особо потрясенная рыскающей профессорской логикой. — Распоряжайтесь, постараемся ничего не забыть. Но сначала пошлем за обедом. Я привела ловкого человечка, он мигом сбегает. И мне, и особенно вам, необходимо хорошенько подкрепиться.
Мадмуазель де Монтозан оглянулась на карлика, пытавшегося отыскать среди хлама что-то подходящее для переноски съестного.
— Обед? — в замешательстве пробормотала профессор. — Стоит ли терять время? У меня где-то были сладкие финики.
— Непременно полноценный обед! Вам нужны силы. Думаю, яичница из двух дюжин яиц, пышные лепешки и хорошее масло…
Профессор заметно побледнела.
— Яичницу лучше поджарить на бараньем сале… — продолжала терзать научную руководительницу безжалостная архе-зэка.