Катрин радостно заулыбалась:
— Так, а чего? Секс я люблю, верблюдов тоже. Главное, вы, вонючки, наконец-то уберетесь. А то твой дружок так обделался, что даже собаки его жевать бросили. Прямо удивительно, как слабакам с таким недержанием кишечника приходит мыслишка в охрану наниматься.
— Хихикай, шлюха. Вдруг жива останешься — встретимся, — пригрозил «Семь-Шесть».
— Это вряд ли, — уже без улыбки заметила девушка. — Догонит вас аль-Караф. Аура у вас уже темнеет, плесенью дохнуло, я такого навидалась.
Молчавший «Девять» сплюнул ей на подол.
— Вот ты, хорек… — зарычала Катрин.
«Семь-Шесть» направил в лоб архе-зэка ствол дробовика. Двенадцатый калибр — с ним ругаться глупо.
Охранники, величественно хромая, прошествовали к истоптанным кустам, а Катрин пришлось идти к воде и замывать загаженный подол. Темная вода Нила успокаивающе плескала в ладонь.
— Ты и вправду идиотка, — глухо сказал ей в спину «Ватт». — Вы же обречены. Это не экспедиция. Это приговор.
— Да я как бы уже и отбываю приговор, — проворчала девушка. — Но спасибо за заботу.
В лагере что-то громко хлопнуло, потом профессор «Фе» принялась торжественно декламировать некие строфы, видимо, на древнеегипетском языке. Совсем сбрендили.
Анис смотрела вопросительно. Полагает что молитва.
— Традиции мудрецов, тайные ритуалы Постигших Суть, — махнула рукой Катрин.
У палаток появилась тень «Спящего», вдохновляющее взмахнула рукой:
— Возвращайтесь! Катарина, нужно рации захоронить.
Опять эта «Катарина», опять копать…
Прервал малоинтересный землекопный труд истошный вопль на берегу. На сей раз там отчаянно подвывал, аж захлебывался, господин лаборант. Члены экспедиции, похватав оружие, сбегались к месту происшествия. Катрин взяла ножны с ятаганом, но спешить не стала — имелось предчувствие — не тот это случай.
«Цифры» лежали за ободранным кустиком. В довольно естественной позе, но, безусловно, мертвые.
— Я… тут… о, боже! — рыдал «Латино». — Я только спустился.
«Крест» отодвинул впечатлительного научного сотрудника и пощупал пульс «Семь-Шесть»:
— Несколько минут. Смерть вследствие глубоко проникающего вскрытия шеи. В смысле, двух шей.
Последнее было очевидно — кровь не успела впитаться в песок и ее было порядком: горла у лежащих в обнимку охранников были умело располосованы прямо под подбородком. Дробовик аккуратно лежал рядом с хозяином, в руке «Семь-Шесть» сжимал весьма знакомый нож-керамбит.
— Господи, какая трагедия! — пробормотал Вейль. — Им оставалось всего несколько часов… Парни были так близки к уходу от темы.
Катрин изо всех сил старалась не смотреть на шефа. Зато на нее саму уставилась все экспедиция.