* * *
Сутки и еще сутки… Ветер благоприятствовал, и хотя снизившийся уровень воды в реке порядком мешал продвижению, флотилия не отставала от беспрепятственно продвигающихся берегом боевых колонн. За это время столкновения с противником случились чисто символические — у французов имелось лишь несколько раненых (заболевших во время нелегкого похода насчитывалось в разы больше). Поговаривали, что в Асуане[2] предводитель мамлюков попросит мира, вроде бы уже наведывались к генералу доверенные лица Мурад-бея, прощупывали обстановку, намекали о необходимости почетных условий прекращения войны. С «Легкой Шеп» никаких дипломатов разглядеть не удалось, зато археологи имели счастье наблюдать настоящих диких крокодилов. Правда, нильские пресмыкающиеся явно считали регулярное судоходство большим злом и сущим экологическим преступлением, потому сползали в воду задолго до подхода судов на расстояние мушкетного выстрела. В общем, некоторое впечатление ящеры произвели разве что на Дикси, пытавшуюся рассмотреть тварей, но не преуспевшую и возмущенно растявкавшуюся. Выспаться Катрин так и не удалось, оттого ей и самой хотелось обгавкать всех подряд, а еще лучше загрызть. Путешествие порядком надоело всем, кроме капрала и безносой переводчицы. Эти двое жадно улавливали в томительных судовых сутках минуты, когда можно было перекинуться словом наедине. Да, сложная бытовая ситуация и непростые чувства. Наблюдать за битыми жизнью влюбленными оказалось еще унылее, чем за крокодилами. Слишком грустно.
— Сиена! — крикнул с палубы капрал.
Катрин отодвинула тарелку — кормили на «Шеп» отвратительно. Чечевица и прочий военно-походный продукт, не столь поганый сам по себе, но в данном случае приготовленный просто ужасно. Команда была близка к бунту, архе-зэка испытывала нешуточную готовность присоединиться к мятежу. Повесить кока и мустамель-капитана, поднять черный флаг… Нет, черный не пойдет, его будущие бармалеи-исламисты вконец дискредитировали. Ладно, будем надеяться, скоро все кончится.
Упихивающий в себя плохо разваренные бобовые Вейль подмигнул. Весел шеф, ну-ну…
— Взгляну. Наверняка, замечательный городишко, — пояснила Катрин.
Команда повеселела, все чуяли конец пути. Вытянувшиеся цепью корабли флотилии шли медленно, проявляя осторожность и из-за узкого фарватера, и по чисто военным причинам. От генерала пришел приказ соблюдать осторожность. Разведчики французов уже заходили в город, но Дезе не слишком-то доверял пассивности мамлюков.
«Шеп» двигалась в арьергарде флотилии. Впереди покачивалась корма рыскливой маленькой «Бургундии», перед ней пузатый «Гавр», дальше внушительный «Неаполь» с пушками наготове, быстроходный «Тулон» шел ближе к берегу, остальные суда авангарда держались середины фарватера. Город и пороги приближались.