Н-да, жутковатое зрелище. Его рожу корёжило так, будто её у нас на глазах лепили из пластилина. Лицо принимало то кроткое, заискивающее выражение Филеаса, то каменело и выдвигало вперёд подбородок.
— Звездец колбасит, — тихо прокомментировал я.
Диана меня не слушала. Она успела подобрать с пола прут, которым я огрел Ларса, и держала его в руке — видимо, на случай, если Карл окажется больше Карлом Отто, чем Филеасом Иммануилом.
— Внимание, господин Камбервинч, — сказал Кристиан, — сейчас вам будет немного больно. Потерпите, пожалуйста, устранить этот эффект медикаментозно нельзя, — и что-то там в приборе переключил.
Карла на кушетке выгнуло дугой. Он заорал диким голосом и оторвал от кушетки правый наручник.
— Крис, я здесь! — крикнула Диана. — Ситуация под контролем, — и бросилась к Карлу.
Что собиралась сделать — не знаю. Но в стремительном порыве наступила на валяющийся на полу обрывок упаковочного полиэтилена — наверное, Кристиан бросил, когда извлекал оборудование.
Нога Дианы заскользила по полу, она взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, но не сумела. Полетела рыбкой вперёд — прямо на кушетку. В полёте вытянула руки перед собой — и зарядила металлическим прутом аккурат в сердце Кристианова прибора. То есть, в его самую интересную часть, стоящую на полу и слепленную явно наспех из проводов, прозрачных трубок и хромированных стержней. У нас на сервисе такое называлось «наколхозить». Собрали из чего бог послал, как-то работает — и ладно.
Прибор закоротило. Искры, как положено, побежали по всем металлическим поверхностям, посыпались на пол. Вспыхнул обрывок картона под головой у Ларса, я бросился к нему и затоптал огонь. Подбежав, заметил, что Ларс приходит в себя.
Карл на кушетке заорал так, что весь предыдущий ор вообще не считался, и оторвал от кушетки сначала левую руку вместе с наручником, потом обе ноги. Сел на кушетке, отлепившись от обручей на голове.
— Нет! — завизжал Кристиан. — Филеас, нет! Верните голову в разъёмы, нам необходимо закончить… — Он не договорил. В дальнем углу что-то вспыхнуло и взорвалось.
— Я хотела помочь, — пролепетала Диана, поднимаясь с пола.
Кристиан от ярости уже даже не визжал. Он, кажется, плакал. Глядя на Диану, провыл:
— Будь проклят тот день и час, когда я встретил тебя!
— Полиция Альянса, — прохрипел окончательно очухавшийся Ларс. — Всем оставаться на своих местах! Руки за голову! Диана Стил! Я уже знаю, что вы не Виолетта. Вы арестованы!
Глава 41
— «Диана Стил», «Диана Стил»! Я уже восемнадцать лет, как Диана Стил! И из них больше половины — арестована! Разорался, тоже! — ворчала Диана, выволакивая меня на улицу через чёрный ход — в парадных дверях полыхало уже так, что не выйти.