Окно заросло. Мир стал чуточку понятнее. Непонятно только, что, блин, за пхакхинтоска, и на кой хрен она мне сдалась. Куда её, в трусы, что ли, совать?
Я сунул пхакхинтоску в рот, сжал зубами. Зубы чего-то там нажали, и пхакхинтоска завибрировала. Невнятно выругавшись, я поспешил её выдернуть.
— Ты чего там застрял? — крикнула Диана.
— Я тут тебе идеального партнёра нашёл, доползём — познакомлю!
Однако пхакхинтоска тут же показала, что она способна на нечто большее, чем быть партнёром Дианы. Она отчётливо потянулась вверх, потом самопроизвольно повернулась параллельно горизонту и удлинилась.
— Э, ты чего? — удивился я.
Пхакхинтоска тянула. Понадеявшись на великий авось, я схватился за неё двумя руками и полетел. Перед глазами спокойно проплывали ступеньки лестницы, Диана.
— Вот ублюдок, — прокомментировала она, увидев меня.
— Служу России, — скромно отозвался я.
Палочка хоть и была гладкой, но руки по ней не скользили. Больше того, я, кажется, даже пальцы разжать не мог. Прям система безопасности целая. Слава тебе, безымянный ящер!
На жёлтом небе появилась чёрная точка. Она стремительно приближалась, росла и превращалась в космический корабль.
— Ша-а-арль! — крикнул я, покачиваясь в восторге.
— Уррраааа! — заорал ворон, который Шарля не знал, но чувствовал, что это хорошо.
Диана понеслась вверх с такой скоростью, будто ей в известное место ракету вставили. Фиона прыгала по крыше, размахивая руками. А я летел всё выше и выше. Как остановить пхакхинтоску, ящер мне не объяснил. Я дёргался, матерился. Шарль приближался…
Вот прямо в воздухе с корабля опустился трап. Я попытался хоть немного скорректировать траекторию полёта, но не слишком преуспел. Миновав трап, долбанулся сперва руками с пхакхинтоской, а потом головой о борт и отключился с радостной мыслью: «Я дома!»
Глава 14
— Она на меня наорала.
Слова эти, произнесённые мрачным Шарлевым голосом, стали первыми словами, что я услышал на корабле. Таком родном и хорошем корабле.
Я открыл глаза. Так-с, лежу на боку, сзади подушка подложена, чтоб на болты не перевернулся. Спина гудит, но терпимо.
В каюте всё как прежде, то есть, никак. Шарль, даже переродившись, не стал уделять много времени быту. Честное слово, такое ощущение, будто копия его сознания в бортовом компьютере более человечна, чем оригинал.
— Чего говоришь? — хрипло спросил я и прокашлялся.
— Она. На меня. Наорала, — повторил Шарль. — Как на дворника.
— Диана, что ли?
— Именно.
— А… Ты мне, в смысле, жалуешься?
— Я? Тебе?! Ты говоришь с холодным и безэмоциональным сознанием, со сверхразвитым интеллектом! С чего бы это мне жаловаться? Я предъявляю претензии, Константин. Помнится, ты говорил, что Диана меня уважает и будет поднимать мою самооценку. Так вот: я этого не ощущаю. Тебе следует научиться лучше разбираться в людях.