— К-как ты меня назвал? — дрогнул электронный голос.
— Ишка, — повторил я. — Как тебя ещё называть?
— Не знаю… — смутился голос. — Обычно ко мне обращаются просто: «Корабль».
— Вот видишь, какой я ласковый и нежный зверь. Открой дверку, а?
— Нет, — тут же врубила суку Ишка. — Не могу нарушить приказ капитана.
— Ша-а-арль! — позвал я.
— Костя, здесь очень сложная система автопилотирования, а я не швейцар, чтобы открывать тебе двери. Успокойся. Диана знает, что делает.
— Да нихрена она не знает! — вспылил я. — Она сейчас бросится опять своего Кристиана ненаглядного спасать и словит пулю!
— Это называется «естественный отбор». Отключаюсь от микрофонов.
Я врезал по пластиковой облицовке двери.
— За что ты меня бьёшь? — грустно спросила Ишка.
— Я не тебя бью, а Шарля. Потому что он мудак.
— А, — успокоилась Ишка. — Ну, тогда ладно. Просто в следующий раз говори, кого бьёшь, ладно? Я должна знать, запускать мне симулятор обиды, или нет.
— Сейчас и тебе достанется, — пригрозил я.
— Угрозами ты ничего от меня не добьёшься.
— А чем добьюсь? — заинтересовался я.
— Ну… Не знаю, — замялась Ишка. — По идее, я могу ослушаться приказа капитана только в том случае, если этот приказ подвергает неоправданному риску жизни членов экипажа. Например, капитан отдаёт приказ разгерметизировать корабль в открытом космосе. Что я должна делать? Послушать его и всех убить? Нет, в таком случае я запускаю другие алгоритмы, вплоть до полного игнорирования всех команд и самовольно активированного сигнала SOS.
— Во! — встрепенулся я. — Тут как раз тот самый «сос» настал. Я — пилот? Пилот! Член экипажа? Ещё какой член! А у меня со спиной — трындец полный. В одном дебильном мире железяк напихали, а мир потом кирдыкнулся, и они давай гнить. Чуть не подох. Кое-как врача нашли, потом уламывали ещё, чтоб подлечил. Да у меня, блин, ещё суток после операции не прошло! Мне врач вообще сказал дня три пластом лежать, восстанавливаться. А я тут… Стою, сижу, бегаю, подвергаюсь опасности, между прочим.
— Мой детектор лжи фиксирует искренность, — нехотя сказала Ишка. — Я готова пойти на уступки.
Дверь мигом отворилась. Я выскочил в круглый зальчик и устремился было к следующей двери, но открылась совсем другая, слева. За ней виднелась маленькая комната, больше напоминающая подсобку, только уборщицкой тележки с ведром и швабрами не хватало.
— Пожалуйста, вот комната отдыха, там есть койка, небольшой запас пищи и воды. Ты можешь провести там некоторое время, не нагружая спину, пока капитан не отдаст другой приказ.
Я закатил глаза. Что ж за день-то такой, кругом одни дебилы… Думай, Костя, думай! О! Придумал.