Яйца побежали слева от дома, мы с Дианой — справа. По пути объединились с Фионой.
— Что будем делать? — крикнула она, вытаращив огромные глаза.
— К порталу прорываться! — процедила сквозь зубы Диана.
За спиной грохотали шаги. Все три голема уже были здесь. Обернувшись, я увидел, как дом Яйцерика тонет, заваленный битыми яйцами. Жители ближайших домов высыпали на улицу и помчались наутёк, бешено вопя.
— Прибор-то при тебе? — спросил я на ходу.
— Б@@@@, - отозвалась Диана и, остановившись, повернулась к затопленному дому Яйцерика.
— Всё время забываю, кто из нас идиот, — сказал я.
Голем поднял руку, целясь в нас яйцом. А под его рукой вдруг мелькнуло маленькое чёрное пятно. Оно быстро увеличилось и оказалось вороном, который с трудом летел, удерживая в лапах смартфон.
— Ррррраззява! — каркнул он, выронив прибор в ладонь Диане.
— Вот — единственный полезный член команды! — воскликнула она. — Всё, валим ско…
Голем выстрелил. Диана, не договорив, толкнула меня в сторону, сама прыгнула в другую. Ей повезло меньше — голем успел сделать поправку. Наверное, он тоже не ахти как различал лица, так-то ведь это я ему враг номер один, по идее. Но яйцо прилетело в Диану. Хорошее такое яйцо, с «Оку» размером.
— Диана! — ахнула Фиона, которая успела унестись шагов на десять вперёд, а теперь остановилась, схватившись за голову.
У меня тоже сердце ёкнуло. Но Диана уже поднималась. Медленно и словно бы неохотно. Её можно было понять. Платье не пережило такой мощной атаки. Ткань утратила остатки прочности и смешалась с яичной массой, которая обречена была впитываться в землю. Диана осталась в одном нижнем белье, не считая, конечно белка с желтком.
Любоваться времени не было. Я вскинул ракетки и ударил двумя лучами по ногам голема. Захлопали, взрываясь, яйца. Голем покачнулся, взмахнул руками.
— На, скотина! — визжала Фиона. Её лучи врезались голему в грудь и живот. Без особого толку. Сокращать число яйцекратов смысла не было абсолютно — всех их мы бы и за сутки не перебили.
— Эй, ты!
Я обернулся и увидел Джона Ячменное Яйцо. Он целился в меня из пистолета. Того самого пистолета, который унёс жизнь его сына.
— Уверен, что сейчас подходящий момент? — грустно спросил я.
— Другого может и не быть.
— Так-то да…
Вхолостую щёлкнул спусковой механизм. Потом — ещё раз.
— Да бессмертный я, бессмертный! — вздохнул я и легко отобрал пистолет у Джона. — Смиритесь вы уже, господи…
Пистолет я, за неимением лучшего, сунул за резинку трусов. Джон мужественно осознал, что оказался в проигрышной позиции, и направил ракетку на голема. Я, повернувшись, тоже принялся палить.