— Кофе хотите? — спросил он наконец.

— Я отпустил твою секретаршу, — ответил я. — Так что кофе сварить нам будет некому.

— Я сам могу, — заметил он.

— Нет, — я снова качнул головой. — Никто никуда не выходит, все ждут тут.

Я прислонился к стене сбоку от окна, чтобы видеть, что происходит там, но при этом не маячить в проеме. Прошло двадцать минут, потом тридцать. Остальные спокойно ждали, все, кроме Скализе. Тот неожиданно встал, а когда ему никто ничего не сказал, принялся мерить шагами свой кабинет.

— Фрэнк, — повернулся я к нему. — Сядь.

— Не могу, — он вдруг смущенно улыбнулся. — Очень сильно волнуюсь.

— С тобой ничего плохого не случится, — сказал я. — Ты сделал правильный выбор.

— Я в этом не уверен.

— Зато я уверен, — я улыбнулся.

Он покивал, но было видно, что его это не особо убедило. Но он все-таки сел — похоже, что ему надоело ходить. Он уставился в стол и принялся перекладывать бумаги с места на место, будто убирался перед приходом босса всех боссов. Винсент так вообще задремал в кресле. Ну или сделал вид, что задремал. Он не волновался.

А вот Рейна волновался. Он периодически посматривал то на меня, то на часы. Прошло уже пятьдесят минут. Маранцано не появлялся.

Я посмотрел в окно. Улица внизу жила своей жизнью, люди ходили туда-сюда. Радовались весне, наверное, зима была тяжелой. Хотя не такой тяжелой, как у меня.

Мы продолжали ждать. Я посмотрел на часы — прошло еще двадцать минут. Маранцано опаздывал.

Я не стал говорить об это вслух. Зачем, если все и так видели? А вот Скализе нервничал все сильнее, хотя явно старался никому это не показывать. Он вдруг посмотрел на меня, взял трубку телефона, но я подошел ближе и заставил его положить ее на место.

— Не надо звонить, — сказал я. — Просто ждем.

Маранцано мог опаздывать по сотне причин. Затянувшийся разговор, охрана, которую нужно было ждать, банальные уличные пробки. Все это было возможно, и, по идее, все было нормально.

Но меня что-то беспокоило, пусть я и не понимал, что именно. Скализе не сказал ему ничего по поводу того, что мы тоже здесь. И знать он этого не мог. Да и даже предположить, по идее — при чем тут мы, если это внутрисемейные разборки?

Люди, которые были на встрече, надежные, иначе мы бы их не пригласили. Семьи из других городов? Они не были в курсе насчет нашего плана, им передали только, что нужно готовиться убрать лояльных Маранцано людей. Киллеры уже должны были выехать в нужные города.

Я снова подошел к окну, посмотрел на машины внизу. Нет, никто не едет, и нет знакомого Кадиллака, который Маранцано купил вместо взорванного моими людьми Паккарда. А машины Багси и Анастазии так и стоят на месте.