В общем, чем больше я слушал, тем больше мне хотелось его убить. Были в его словах и разумные вещи: реформа, которую собирался провести я сам, чтобы упорядочить банды, которые в большинстве своем и представляли собой американские Семьи. Но только вот он зарвался. Очень сильно зарвался. Этими двадцатью процентами он настроил против себя почти всех, кроме кастелламмарцев. Подозреваю, что те и без того ему платили.

— Продолжаем, — сказал Маранцано. — Что касается того, кто может входить в Организацию. Здесь не все — сицилийцы, и я это знаю. И вы заслужили право быть частью Семей. Но — не итальянцам дороги к нам нет. Не чистокровным итальянцам. Наша сила — в крови и традициях.

Это тоже было разумно. Я знал, что он считает, что не сицилийцам в Организации делать нечего, но если бы он сказал такое, то ему конец. Тот же Аль Капоне — неаполитанец, объявил бы ему войну. И ему хватило бы влияния убрать Сэла и самому стать боссом всех боссов.

Но вот насчет чистокровия итальянцев — я планировал отменить и это. Главное — чтобы кандидат был итальянцем по отцу, как по мне. Даже вот у меня с Гэй — если сын решит пойти по моим стопам, хотя мне этого не хотелось бы — он ведь будет наполовину русским. Да, это решение придется продавливать, но мне хотелось бы, чтобы они понимали — главное то, что человек умеет делать деньги.

— Ирландцы, евреи, да хоть китайцы — никогда не должны знать всех наших секретов. Да, я знаю, что вы с ними работаете, — он посмотрел на меня и добавил. — Кое-кто ведет дела даже с черномазыми.

Ну да, удивительно было бы, если бы он об этом не узнал. Уже четыре с лишним месяца прошло с тех пор, как я подмял под себя Гарлем.

Но этим он все равно показал гибкость, как ни крути. Похоже, что понял, что надо менять ситуацию. Вполне возможно, что эту идею он перехватил у меня.

— Каждый должен пройти ритуал посвящения, так же, как делали наши отцы и наши деды. Клятва должна быть скреплена кровью на образе святого и огнем. Если на вас работает кто-то, кто не прошел обряд — вы должны провести его, — продолжал он.

Политическая программа. Вот что это такое — политическая программа, иначе не скажешь. И давил он на традицию и преемственность, точно так же, как некоторые политики из моей прошлой жизни. И всем это должно было понравиться.

Да, все, кроме двадцати процентов.

Мы с Костелло переглянулись. Мы, в общем-то, и так провели обряды посвящения, людей приняли по всем правилам. Так что это не нам упрек.

— И теперь, — сказал он. — Я знаю, что многие из вас занимаются наркотиками. Я считаю, что это проблема. Это не традиционное для нас дело, доны на старой Родине этим не занимаются, считают грязным делом, — сказал босс всех боссов. — Но я не буду требовать от вас этого. Единственное, что для меня важно — не привлекайте излишнего внимания. И не торгуйте в своих кварталах. Наркотики для слабых духом людей, и я не против, чтобы вы поставляли их ирландцам, евреям или местным. Но в итальянских кварталах такого быть не должно.