Даня переглянулся с Яковом, кивнул ему и вышел вперед на поляну, шепотом попросив Мию оставаться на месте.

— Все кончено, — твердо сказал он, и колдунья вздрогнула, заметив его, скривилась, попробовала шевельнуть рукой — но взметнувшаяся было ладонь упала вниз безвольной плетью. Брюс продолжал шептать заклинания.

— Не кончено, — выдавила колдунья и дернула головой в сторону.

Там, в просвете между деревьев, показался еще один силуэт. Петр.

Он брел, цепляясь ногой за ногу, в руках его был револьвер, а взгляд его, блуждающий по деревьям, казался стеклянно-непроницаемым. Откуда он взялся здесь Мия не знала, но видела, что он точно под воздействием чар.

Колдунья мотнула головой еще раз, и Мия все же вскрикнула: рука Петра взметнулась вверх, и он упер дуло револьвера себе в горло. Брюс едва не кинулся к Петру, но вовремя замер, сдержался и продолжил говорить свое заклятье, переводя напряженный взгляд с донны Луны на Петра и обратно.

— Ты не справляешься с этой магией, — Даня сделал еще шаг вперед.

— Я…сп… справлюсь, — прошипела донна Луна, но лицо ее скривилось от едва сдерживаемой боли.

— Нет. И ты погибнешь здесь с теми людьми, которых тебе поручили убить. — Даня подошел уже совсем близко, и Мия увидела, как он едва заметно вздрогнул, стоило ему наступить на одну из черных линий. Брюс продолжал смотреть на него выжидательно, но ни на мгновение не прекращал колдовать. Петр стоял с револьвером у горла, словно марионетка, кукловод которой не знает, какую партию ему сейчас надо сыграть.

— Давай я расскажу, что произошло. — Даня встал напротив колдуньи. — Тебя купили, как рабыню. Пользовались тобой и твоими силами. Ты пыталась их развивать, как могла. Но получалось не очень, хотя способности у тебя есть…

Рука Петра дернулась на курке. Брюс опять едва удержался на месте.

— И вот недавно ты начала получать записки от доброжелателя. С выверенными заклинаниями и инструкциями. Сначала не поверила. Но ты была в отчаяние от своего бессилия. И все же попробовала. И у тебя все получилось. Записки продолжались… Среди них были и сильные заклятия, вроде этого. Ты же выкидываешь их междумирье и обратно, сама не понимаешь как. Колдунья, так нельзя. Тебе пока нельзя. Отпусти его, их всех. Или ты умрешь.

— Отпустить чтобы ты убил меня? — донна Луна обнажила ломаные зубы.

— Слово ангела, я отпущу тебя. Не потому что хочу, а потому что должен.

— А ты ангел? — дребежаще рассмеялась колдунья.

Серые крылья взлетели вверх. Донна Луна зажмурилась, словно от яркого солнца. Мия сдвинулась немного, чтобы видеть их лица.