Очередная…
Но Мия не успела додумать мысль до конца. Сон сморил и ее.
Глава 7
Также внезапно, как Мия провалилась в черноту, она и вынырнула из нее.
Первое ощущение — почти невыносимая духота. Мия провела рукой по лбу. Кожа была неприятно липкой. Все тело пропотело, и больше всего на свете хотелось в душ.
Душ!
Мия села на кровати, откидывая в сторону одеяло. За ночь ничего не изменилось. Странная реальность все же оказалась не сном. Она в какой-то деревянной избе, на маленькой кровати, а вон там, повернувшись лицом к стене, тихо сопит Даня.
Они в прошлом… Что им тут делать? Как они вернутся домой?.. Дедушка…
Нет. Ей никак не помогут эти эмоции. Просто надо представить, что той, нормальной жизни, в ее времени, пока что нет, и жить только здесь. По крайней мере, она не одна.
Мия, приподняв полы платья, тихо спустилась с кровати и подошла к скамье, где Даня все также мирно спал, укутавшись в одеяло. Она улыбнулась. Кажется, его не мучали ни кошмары, ни боль. Наконец-то.
И тут же Мия дернулась: дверь в комнату приоткрылась буквально на пару сантиметров. Послышался тихий вздох и створка сразу закрылась, как будто кто-то случайно выдал свое местоположение и теперь очень в этом раскаивался.
Мие было боязно встречаться с людьми из этого времени лицом к лицу без Дани, но и будить его не хотелось — чем больше у него появится сил, тем лучше будет для них. Надо выяснить, кто за ними подглядывает. В конце концов, она всегда может сделать вид, что не понимает ничего.
Она подошла к двери, тихо, чтобы не скрипеть, приоткрыла ее и выглянула в коридор.
— Простите меня, я не хотела вас будь! Я хотела!.. Я не хотела!..
На Мию обрушился поток сбивчивой русской речи с очень легким, почти неслышимым акцентом. Молодая девчушка в синем платье, белом переднике и чепце, словно сошедшая с картины Вермеера, стояла посреди коридора и испуганно мяла руки.
— Я просто узнать, когда вы будете принимать пищу, вы и ваш брат, и вынести…
Она сделала шаг к их комнате.
— Что вынести? — не поняла Мия.
— Ну так… Это… Ну после ночи, — девушка обвела рукой форму как будто какой-то посуды. Через мгновение до Мии дошло, о чем она.
— Нет-нет, не надо! — щеки ее загорелись, что в полутьме коридора, как она понадеялась, было незаметно. — Не надо ничего. Все хорошо. Да. Брат спит. А я… Ну там. На улице же. Да. Завтрак можно, да.
«Если только в это время эта трапеза так называлась».
Но девушка, кажется, поняла ее. Она сделала суетливый присед, сказала, что еда ждет в «главном доме», и засеменила по коридору к выходу. Анна, так, кажется, говорила вчера Агнес? Ее падчерица.