Мия очнулась первой. Даню она будить не стала. Вышла на улицу, под серое небо. Нашла неподалеку от дома запоздалые осенние цветы и нарвала четыре маленьких букетика, а затем дошла до церковки и могил.
Вся семья Брюсов теперь была вместе. Земля у надгробия Якова была свежевскопанной, но видно это было, только если приглядываться. Даня постарался сделать все так, чтобы не вызывать подозрений.
Мия положила цветы на каждую могилу: и дочерям, и жене, и самому Брюсу.
Она чувствовала горе, тишину, покой. А еще — что надвигается нечто, что может отнять у нее самое дорогое…
Даня появился у церкви через несколько минут. Он ни о чем не спросил. Заспанный, растрепанный, отстраненный, он просто подошел, взял ее руку и они простояли так некоторое время, молча.
— Нам и правда пора домой, — хрипло сказал Даня наконец.
— Да, — Мия кивнула.
Они вернулись в домик и начали собирать вещи.
Когда Мия пришла в комнату Якова, чтобы забрать сумку с медальонами, взгляд упал на газету, которую Даня привез вчера из города.
Дата — 11 сентября 1844 года, среда.
Почему ее так цепляет дата? Почему…
Мия замерла.
Сегодня четверг, 12 сентября. А завтра…
— Даня! — позвала она и показала газету. — Завтра пятница, тринадцатое. Я понимаю, что это чушь, что не может быть совпадение, но… Ты говорил, что вся история с Габриэлем и Анастасией случилась в пятницу, тринадцатого, где-то в сороковых годах, поздней осенью. Погода сейчас испортилась, поэтому можно счесть за нее… Я знаю, что это ничего не значит…
Даня стиснул газету в руках.
— Яков не знал, почему оказался в этом времени. Но по году подходит, Скрябин уже умер к этому времени, это случилось после, и…
— Но что это значит? — Мия нервно сжала руки. — Это ведь просто совпадение, да?
— Не знаю, — Даня покачал головой. — Но я уже почти перестал верить в совпадения.
Глава 17
— Ты думаешь?.. И нам стоит?..
— Не знаю, — Даня кинул взгляд на сумку с медальонами. — Мы можем вернуться назад прямо сейчас.
Назад… Верно. Прямо сейчас. Но… Ведь они смогут узнать, что произошло с Габриэлем и Анастасией…
…и ведь она сейчас еще жива.
Эта мысль гулко ударила внутри.
Жива. А они знают, что она скоро погибнет. Они…
— Нет. — Даня словно считал ее мысли. — Не думай об этом. Мы не можем предотвратить ее смерть. Ни ее, ни всей ее семьи. Это случилось. И мы не можем это изменить, никак.
Мия прикрыла на секунду глаза. Вина, тоска и гадкая безнадежность путали мысли.
— Вряд ли тебе станет от этого легче, но подумай о том, что мы могли точно так же предупредить Петра о тех болезнях, от которых он умрет, — Даня говорил мягко, очевидно понимая ее чувства.