Странно. Она коснулась его лба, убедилась, что Даня по-прежнему горит.

Перемеряла температуру, потом встала, вышла на кухню, где ее ждал дед, открыла ящичек с лекарствами.

— Ну что? — выжидательно спросил тот.

— Дай мне ртутный, — попросила Мия.

В комнату дед вернулся с ней. Но и ртутный градусник не помог: как и электронный, он показывал прекрасные 36.6, ни градусом выше.

— Что за?.. — Дед нахмурился, тоже проверил температуру рукой. — Мия, кто это все-таки такой?

Даня зашевелился так внезапно, что Мия, сидевшая на краю дивана, вздрогнула. Он приоткрыл глаза: еще более темные, чем обычно, мутные, нездорово блестящие.

— Мия? — позвал он слабым голосом.

— Да, — она наклонилась, не заметив, что дед отошел к двери.

— Мне больно, — тихо сказал Даня.

Мия, не вполне осознавая, что делает, нашла его горящую жаром ладонь и сжала ее. Даня внезапно сплел их пальцы, и Мия почувствовала, как что-то обжигающе-щекотное проходит по всему ее телу.

Судя по затуманенности взгляда, Даня не совсем понимал, что делает.

— Как мне тебе помочь? Больница?..

— Нет! — слабо выдавил Даня. — Больно… Нельзя туда… Мне нельзя… Больно…

— Тебе помогут лекарства?

Даня не ответил, его взгляд начал тускнеть.

— Даня! — Мия сжала его руку сильнее, — тебе можно обычные лекарства?

Даня посмотрел на нее, нахмурился, как будто силой заставляя себя думать, потом резко кивнул. Глаза его закрылись, дыхание стало прерывистым. Его рука выпала из ладони Мии.

Она повернулась к двери, где, хмурясь, стоял дед.

— У нас есть обезболивающее? — Мие ее собственный голос показался почти жалобным.

— Ты понимаешь, что…

— Понимаю. Пожалуйста.

Он вздохнул еще раз, окинул Даню взглядом, потом кивнул.

— Попробуем снять жар и боль, у меня есть кое-что.

Через минуту он вернулся с наполненным шприцом.

— От соседа осталось, ты помнишь.

Мия кивнула. Когда бабушка болела, дед хорошо приноровился ставить уколы, так хорошо, что его потом иногда просили помочь соседи. Не так давно он помогал мужчине с пятого этажа. Тот приходил к нему сам, а потом, в благодарность, оставил большую пачку крепких обезболивающих, которые, по его словам, помогают лучше любых таблеток.

Дед еще раз осмотрел Даню так внимательно, что Мия поняла — не поверил.

— Дедушка, он не наркоман, — тихо сказала она.

Он только тихо вздохнул, а потом наклонился и быстро сделал укол в плечо Дани.

— Знаешь, Миюшка, бойся своих желаний. Я так давно хотел познакомиться с кем-то из твоих женихов… И вот как получилось.

— Он не мой жених! — вспыхнула Мия.

Дед только недоверчиво цыкнул.

— Раз он не твой жених, стяни с него штаны. А когда лекарство подействует, накрой его.