— Он же будет думать, что со мной что-то случилось. Даня, он же…

Ноги задрожали, сердце начало бешено биться внутри, как будто хотело закончить марафонский забег и замереть навсегда, избавив ее от дальнейших страданий.

— Я что-нибудь придумаю.

Голос Дани звучал настолько непривычно, что Мия вздрогнула. Подняла на него взгляд, замерла. Он опять стоял близко и смотрел одновременно строго, грустно и с той уверенностью, которая скрывала с трудом обузданную растерянность.

— Что ты можешь придумать! Ты сам не знаешь, что делать! — тонко воскликнула Мия.

Она поняла, что все ее лицо мокрое от слез.

Даня вздрогнул, как будто она его ударила.

— Я пока не знаю, но я что-нибудь придумаю. Мия, не плачь, пожалуйста. Я верну тебя домой.

Лицо его теперь совсем окаменело. Он не был сейчас тем раздраженным мальчишкой, в чью жизнь внезапно вторглась она с тем дурацким проклятьем. Тогда он понимал, что может сделать. Сейчас же, и она видела это совершенно определенно, он не понимал, но храбрился. Давал неоправданные обещания и пытался взять ответственность за нее и тогда, когда не мог ей ничего гарантировать.

Усталый, измотанный, совершенно больной — темные круги под глазами стали почти черными, — он старался держать лицо. Для нее.

Мия не знала, как можно чувствовать столько в один момент: и огромный страх за дедушку, и потерянность, и еще не до конца отступившую панику. И то огромное, светлое, горячее, во что превратилась ее случайная симпатия к незнакомому юноше, готовящему кофе.

Она шумно, совершенно несимпатично хлюпнула носом, вытерла тыльной стороной ладони слезы.

— Что мы можем сделать? — выдавила она из себя. Голос слушался плохо.

Она не может оставить Даню в этом одного. Не может разрешить себе истерику. Это не вернет ее домой. Если Даня опять упадет без сил, пытаясь одновременно и успокоить ее, и найти выход — это тоже не даст им ничего.

— Давай думать, — Даня, видимо убедившись, что она начала успокаиваться, снова оглянулся. — Что-то случилось. Получается, Якову удались его эксперименты. Но, возможно, удались не до конца. Он сумел оставить нам только такое короткое послание…

— Кровью, — шепнула она.

Даня сжал кулаки.

— Мы не знаем, что случилось. Но если предположить, что он выбрал отправиться в прошлое, то… Он мог оказаться тут? Я даже не знаю, как это работает…

И тут в его голосе все-таки проскользнула с трудом сдерживаемая паника.

— Давай считать, что он отправился сюда. — Мия кивнула. — Но тут его сейчас нет. Если прошло какое-то время между тем, как он оказался тут, и тем, когда оказались мы, он мог уйти именно с этой поляны и отправится куда-то. Если его, например, кто-то преследовал?..