— Я всего лишь записала план учебы, сочиненный моей покровительницей — герцогиней Ольденбургской. Ее светлость нежная, заботливая мать, сама написала для школы устав и правила, а потом позволила мне внедрить скромные идеи гигиены и правильного питания в своей школе.
Тут Саша позволила себе проникновенный взгляд на портрет Терезии Борисовны, висящий в ее кабинете напротив портрета императрицы Александры Феодоровны, и капитан неосознанно поморщился. Экзальтированных барышень он явно недолюбливал. Теперь еще одно усилие, и этот тип уберется, уверенный, что никакой системы нет, а есть лишь случайное стечение обстоятельств.
— Результаты обучения в нашей школе столь хороши лишь потому, что эти бедные дети никогда не имели полноценного питания, развития умственных способностей и разумной физической нагрузки. Теперь они получили все это и процветают, но боюсь, уже к зиме все это успокоится, дети привыкнут и будут развиваться как все — неторопливо.
Тут Александра сделала грустное лицо и перешла на шепот:
— Мне, конечно, очень хочется предоставить моей покровительнице впечатляющие результаты ее идей, но боюсь, к следующему году все это превратится в обычную благотворительную школу для девочек, выпускающую нервных барышень, падающих в обмороки на балах.
Капитан снова неосознанно поморщился, а Саша внутренне возликовала — удачно получилось надавить на его больную точку. Поблагодарив за разговор, капитан вскоре ушел, Александра же подошла к окну, наблюдая за его отъездом.
Этого “казачка” ей удалось спровадить, пусть и с некоторым риском. Герцогиня Ольденбургская действительно сама написала устав, а вот учебный план писала Саша, отдав бумаги покровительнице на подпись. Если капитан полезет изучать бумаги — может получиться конфуз. Остается надеяться, что никто поумнее в дела школы не сунется, и Александра сумеет воспитать девочек сильными, решительными и умными магичками.
Расходы на дополнительные занятия понесли казна плюс Особый отдел — оружие для школы все же изготовили, именно облегченный, “женский” вариант. Ее светлость после долгих подсчетов остановилась на оплате ежедневных школьных расходов и строительстве нового здания. Остальное решили возложить на благотворителей. Купец Овчинников не подвел — ткани поставлял почти по себестоимости. Подтянулись другие купцы — имеющие дочерей или внучек с той же “маленькой проблемой”. Немало жертвовали аристократы, знающие тайну императорской семьи. В класс к Софье Трубецкой всеми правдами и неправдами стремились отдать детей весьма знатные фамилии. Незаконных детей, конечно, но весьма одаренных.