— Так по объявлению, сказали, — замялась то ли Фекла, то ли Матрена.
Саша подняла брови.
Объявление она подала утром, газета с ним еще не вышла. Откуда же эти женщины узнали о потребности школы в прислуге? Это она и спросила.
Из сумбурных ответов стало понятно, что узнали из трех источников. Две полнотелые дамы, пришедшие наниматься в кухарки, заплатили по пять копеек верстальщику, и он им выдал самые свежие адреса до выхода газеты. Они выбрали самое привлекательное и явились ждать “хозяйку”. Еще три женщины, одетые в черное и явно как горожанки, а не как крестьянки, пришли от… чиновницы Курочкиной! Остальные пять женщин — помоложе и явно деревенские — явились от соседей, услышали, что в доме будет школа, и прислали деревенских родственниц наниматься.
Александра призадумалась.
Шустрость чиновницы Курочкиной ее не удивила. Женщина ощутила возможность заработать и, естественно, захотела помочь приятельницам. К тому же она собирается быть тут экономкой — должность важная, ответственная и… денежная.
Работать со старыми знакомыми, да еще такими, которые будут тебе обязаны — это ли не славно? И прикроют, и вину на себя возьмут, потому что в случае чего — экономка выгонит их первыми.
Кухарки из других домов, что сами заплатили за объвления, там понятно — скорее всего, хозяева или умерли, или совсем уж слуг не берегут. Должность кухарки сытная, с нее редко просто так уходят.
А вот горничные от соседей… Хорошо ли это? Пока весь Петербург — большая деревня с полусотней каменных домов, слухи все равно будут ходить. Или пусть уж тут, рядом, слухи разносят, а не на другой конец города?
— Так, — сказала строго Александра, — Фекла, поставь самовар и сделай мне чаю. Сверток в холодный шкаф убери пока. Я буду принимать кандидаток в своем кабинете. А пока… покажите мне все свои руки!
Девчонки дрожа выставили ладони, кухарки неспешно показали нартуженные красные пальцы, дамы неохотно стянули перчатки.
— Вы, вы и вы — вон, — сразу скомандовала Саша, — не возьму.
На недовольно поджатые губы она и внимания не обратила. Смотрела на руки, на рукава, на ту часть платья, где руки складывают чаще всего.
Первой на выход пошла насупленная деревенская девка. Наниматься она пришла в горничные, и даже бесформенный сарафан сидел на ней ловко. А вот руки с черными ногтями, но довольно чистой кожей выдавали бездельницу и лентяйку. Дополнительной причиной отказа стала смазливая мордашка. Глазки потуплены, но льстивая улыбка так и плавала на лице. Кокетка, да еще неаккуратная — будет всех ссорить, лениться и строить глазки мужчинам. Нечего такой делать в школе. Пусть холостяка себе поищет!