Её супруг, улыбаясь, смотрел в сторону кота. Воспользовавшись секундной паузой, я рванул в сторону забора Марго.

Оставшись незамеченным, я в мгновение ока перескочил через невысокий штакетник.

Хорошо, что это не дворянская усадьба за границей с высокими оградами из кованых заострённых пик.

Там хрен так перескочишь.

Гости Марго продолжали своё шумное застолье. Они оживлённо обсуждали последние байки и назначения дипломатического корпуса.

Я бесшумно проскользнул к Волге, зайдя сзади, с кормы.

— … а он мне говорит: водку эту финскую я вообще не пью! Только коньяк! — доносился с веранды голос бывшего чрезвычайного и полномочного посла Страны Советов в Венесуэле.

Я полез в карман штанов и нащупал ключ, тот самый с секреткой.

Он остался от Утехи.

Моей целью были иконы. Если они лежали здесь, то я их вынесу и не дам Комиссарову продать и нажиться на культурных ценностях.

Осмотревшись по сторонам, я аккуратно провернул замок и медленно приподнял крышку багажника вверх.

Они должны быть где-то здесь. Иконы, похищенные у убитого антиквара.

Вот они! Прекрасно!

Когда я попытался бесшумно закрыть крышку багажника, раздался предательски противный скрип, характерный для двадцать четвёртых Волг.

Ядрён-батон! Никто и не думал смазывать эти петли.

Я замер, заглянул в багажный отсек и успел разглядеть прямоугольные формы иконных досок, обёрнутые в чёрную холщёвую ткань, перед тем как услышал ледяной голос за спиной:

— Медленно отойди от машины на шаг, подними высоко руки и повернись.

Я не спешил выполнять требования, оценивая ситуацию. С этого места мне были видны гости. За столом не хватало одного.

Молодого водителя или охранника. Или и того и другого в одном лице.

Раздался металлический щелчок. Я рванул в сторону, не успев закрыть багажник. Ага, прекрасно!

Так и есть, берёт меня на понт. До оружия не дошло.

В руках у парня горела бензиновая зажигалка. Он закурил и, выпустив струю дыма, вгляделся колючими зрачками.

— А вы, собственно, кто такой? С чего вы решили, что можете мне указывать?

Я решил немного разыграть дурака, просчитывая свои шансы на победу в потасовке.

Он постарше лет на пять-шесть. Крепкий.

Мы были примерно одного роста. Под пиджаком угадывалось спортивное тело. Чуть тяжелее меня.

Набитые кулаки говорили о том, что передо мной стоит самбист. Оно и понятно: боевое самбо — это базовая рукопашная дисциплина в школах и на высших курсах КГБ.

А парень, стоящий напротив меня, несомненно был выпускником подобного заведения.

— Ах, да. Простите. Забыл представиться. Младший лейтенант госбезопасности Мальков, — он явно ерничал, — а вы есть в списке приглашённых? Может, я чего не знаю?