— Это ваша машина, товарищ Мальков? — ответил я вопросом на вопрос.

— Наша, товарищ Каменев, мы давно тебя ждём.

Он сделал акцент на слове «наша». То есть кгбшная, к которой я не имею никакого отношения.

— Слушай, Мальков. Тут такое дело: Комиссаров, кем бы он тебе ни приходился, не тот, за кого себя выдаёт.

— Я тебя внимательно слушаю, — младший лейтенант сделал затяжку и прищурился.

Появилась надежда, что я выкручусь из этой ситуации. Я немного подумал, прежде чем продолжить:

— Времени на рассказ мало. Он может появиться здесь в любую секунду. В общем, подставил он меня.

— Это как? — Мальков удивлённо поднял брови.

— Скажем так, потребовал, чтобы я оказал ему одну услугу — перевёз беглого зэка.

— Продолжай, — Мальков затушил окурок о каблук и не стал выбрасывать бычок, а аккуратно убрал его обратно в пачку.

— Мы с этим зэком в дороге притёрлись, хотя я его возненавидел с первой секунды. Так вот, зэк оказался наёмным убийцей и рассказал, что он должен был меня убить после того, как я бы его доставил до места. Понимаешь?

Мальков молчал и смотрел на меня оценивающе.

— А где он? Тоже где-то тут?

— Кто?

— Ну, этот беглый зэк, убийца наёмный.

— Нет его. На том свете.

— Как на том свете?

— Долгая история. Короче, его тоже подставили.

— Ничего не понимаю. Зачем Комиссарову тебя убивать? Он пальцами щёлкнет — и ты моментально за решёткой окажешься.

— Это из-за икон. Ну и ещё кое-чего.

— Икон? Каких икон?

— Ворованных. Древних, семнадцатого века. Из-за них антиквара убили. Они сейчас в багажнике лежат.

— Ты не шутишь? — он смотрел на меня очень серьёзно.

Мне хотелось съязвить, но не стал. Похоже, Мальков задумался о моих словах.

— Какие тут могут быть шутки? Я сам еле жив остался.

Мальков подошёл к багажнику и вопросительно посмотрел на меня:

— Тут?

Я кивнул в ответ. Я понимал, что сильно рискую.

Мальков стал поднимать крышку. Отблеск уличного фонаря попал на глянцевую поверхность, чёрная краска отразилась золотом.

Складывалось ощущение, что она превратилась в раскалённую плиту.

Младший лейтенант мельком взглянул на доски, обмотанные в холщёвую ткань, и в следующее мгновение засадил мне кулаком прямо в солнышко.

Мразь! Так я и думал. Всё это время Мальков морочил мне голову и подбирался поближе, чтобы занять выгодную ударную позицию.

Удар был коварным и неожиданным. От неминуемого нокаута меня спасло лишь то, что я на автомате дёрнулся и ушёл с линии атаки.

Кулак, направленный в мою челюсть, рассек воздух в сантиметре.

Дикая боль сдавила грудную клетку и сбила дыхание. Ощущение такое, будто я проглотил булыжник, и он застрял у меня в области желудка.